Ничуть не влюблены полностью

– Какой он?

– Конор?

Хью кивает. Меня спрашивают об этом второй раз за двадцать минут. С Конором я говорила гораздо дольше, и он не задал ни единого вопроса о Хью или Лэндоне. Я знаю, Лэндон надеется на то, что моя связь с Конором – это временно. А Хью? По его лицу видно, что он хочет знать о Коноре все.

– Он популярен. У него куча друзей. Всегда окружен людьми. – Исключаю то, что почти всегда это девушки. – Хорошо играет в хоккей. Очень хорошо.

– Никогда не видел, как он играет, – признается Хью.

– Почему?

Он удивленно смотрит на меня.

– Я просто никогда… Я думал… Конор ясно дал понять, что не хочет моего участия в своей жизни.

– Может, не он должен принимать такое решение? – предполагаю я. У Хью расширяются глаза. Я быстро меняю тему. – Он умен. Профильный предмет – английский.

– Английский? – поражается Хью.

– Да. Еще он честен. Не парится, чтобы подсластить пилюлю. – Хью издает сухой смешок, и я улыбаюсь. – Видимо, ты уже знаешь.

– А он… э-э-э… тебе интересен? – Хью ерзает, попав в неловкое положение: ему надо дать мне совет не просто по поводу какого-то парня, а своего сына.

– Нет. Мы просто по-дружески общаемся. Иногда вместе бегаем. Тусим.

– Ясно.

Ничего ему не ясно. Но я ни за что не выдам больше подробностей.

И то, что я не хочу этого делать, неудивительно.

А что удивительно? Я не хочу не потому, что я смущена, а потому, что я защищаю эти моменты. Защищаю Конора.

Жизнь наполнена минутами, которые могут изменить смысл твоей жизни на Земле. Я уже знаю, как быстро может поменяться цель твоей жизни. Или исчезнуть. Я не принимаю поспешных решений. Я все продумываю. Мои чувства к Конору Харту нерациональны. Они удивительны, сильны и всепоглощающи.

Мне нужно решить, позволю я им себя унести или буду бороться с течением.

– Эй, ты занята?

Лэндон распахивает приоткрытую дверь и заходит ко мне в комнату, не успеваю я ответить. Так поступают лучшие друзья. Нам всегда было друг с другом уютно, легко, непринужденно. Так уж бывает, когда знаешь кого-то всю свою жизнь. Беспечные дни раннего детства, неловкий подростковый период – и вот сейчас.

– Ого! – восклицает Лэндон, увидев меня в кресле.

Обычно я мало хлопочу о своем внешнем виде. Если я недавно принимала душ и ношу чистое, пара касаний блеска для губ и туши – вот все, чем заканчиваются мои прихорашивания.

Но сегодня я постаралась. Я распрямила мои порой волнистые, порой кудрявые волосы. Нанесла подводку и тоналку, которые собирали пыль последние несколько месяцев. И на мне такие тесные узкие джинсы, что мне пришлось неуклюже попрыгать, чтобы их надеть.

– Стив и тебе писал? Про вечеринку?

Черт. Надо было подумать о том, что Лэндон мог услышать про сегодняшнюю вечеринку, но я не подумала. Он и его школьные друзья обычно держатся особняком – из-за это мне пришлось, например, пропустить марафон «Властелин колец».

– Стив? Нет. – Я делаю паузу. – Но… Конор спросил, хочу ли я пойти. Он должен забрать меня через пару минут.

У Лэндона выражение лица становится жестким.

– О!

Его челюсть ходит ходуном: он пытается сдержать слова, которые раньше бы с легкостью произнес.

– Я не думала, что ты пойдешь, – поясняю я.

– Потому что я не такой заядлый тусовщик, как Конор?

Я пожевываю нижнюю губу.

– Потому что обычно ты не ходишь здесь на вечеринки, да.

– Ну на эту я иду.

– Ладно, – отвечаю с безразличием. Снимаю телефон с зарядки и встаю. – Я так понимаю, с нами ты поехать не захочешь?

Лэндон не находит мою шутку смешной.

– Он пригласил тебя, чтобы меня задеть, Харлоу. Все в городе знают, кто ты. И ты придешь туда с ним? Пойдут разговоры.

Я снимаю любимую куртку с крючка на внутренней стороне дверцы шкафа и надеваю ее.

– Увидимся там.

Лэндон ничего не говорит, когда я выхожу в коридор и спускаюсь. Разве поэтому Конор меня сегодня пригласил? Понятия не имею. Я не ждала новой встречи с ним, пока мы не вернемся в кампус Холта. Когда он написал мне, что едет на маленькую встречу друзей, и пригласил с собой, я без колебаний сказала «да». А теперь гадаю, стоило ли. Когда доходит до Конора и Гаррисонов, я хожу по туго натянутому канату и прекрасно об этом знаю, а оттого все кажется еще опаснее.

Хью и Эллисон расположились в гостиной. Хью читает книгу, Эллисон вяжет. Оба поднимают глаза, когда я прохожу мимо.

– Я ушла, – неловко говорю я.

Я редко ухожу вечером, когда я дома, потому что почти никого в городе не знаю, – а тех, с кем я общаюсь, и того меньше. И обычно я ухожу куда-то с Лэндоном.

Естественно.

– Лэндон с тобой? – спрашивает Хью.

– Э-э-э… нет. Но мы идем в одно место.

– А. – Хью понимает, что это значит. И выглядит не шокированным, а довольным.

– Будь осторожна, – говорит Эллисон.