Став друг от друга на расстояние трех метров, мы ждали, когда приблизится враг. Внезапно Мельдеш сделал несколько шагов вперед и совершил настолько удивительный трюк, что я на секунду забыл о надвигающейся опасности. Когда первый всадник был на расстоянии десяти метров от него, Мельдеш с диким криком побежал в его направлении, высоко подняв дубину. Но дальше произошло неожиданное. Когда должно было произойти столкновение, Мельдеш резко опустил дубину и произвел кувырок под занесенный над его головой меч. Оружие просвистело в воздухе, и всадник оказался позади Мельдеша. Тот ухватился правой рукой за конскую сбрую, а левой вырвал врага из седла. Аморей кубарем полетел в траву, а его конь поскакал дальше, оставив своего хозяина лежать на земле. Все это произошло так быстро, что мы со Стеном даже не успели ничего понять. Повторить прием Мельдеша нам было не под силу, и через несколько секунд я грудью принял на себя удар ноги второго аморея. Почему-то он не рубанул меня мечом, а решил сначала свалить меня с ног. У меня все замерло внутри. Я открывал рот, но не мог вздохнуть. Двумя мгновеньями позже я нащупал свою дубину и наотмашь ударил в сторону своего обидчика, но не попал. Через секунду меня опять сбили с ног, и аморейский конь больно наступил мне копытом на спину. Я подумал, что сейчас сломается позвоночник. Но этого не произошло. Я смог развернуться и встать на колени. Мой враг спешился и собирался снести мне голову. Кровь похолодела в моих жилах, но я скорее машинально, чем специально, выставил свою дубину вперед и удар пришелся по ней. Дерево лопнуло пополам, но все же защитило меня. Лезвие меча скользнуло вниз и до кости разрубило мне ногу. Я закричал от дикой боли, миллионами игл вонзившейся в мое тело. Кровь хлестала во все стороны, и я почувствовал, что больше не смогу сражаться за свою жизнь. Вот и конец всему. Желая по дороже продать свою жизнь, я собрал все оставшиеся силы в кулак и зубами вцепился врагу в бедро. Никогда еще я не испытывал такой ярости и отчаянья, как сейчас. Я вырвал из тела аморея огромный кусок мяса и тот от ужасной боли и неожиданности выронил свое оружие на землю. Теряя кровь, я сумел повалить своего врага на землю, и мы катались под копытами обезумевшего коня, вцепившись друг другу в горло. Сколько так продолжалось, не помню, но я разжал свою хватку лишь тогда, когда увидел, что моя жертва лежит на спине с широко раскрытыми глазами и с вывалившимся наружу языком. Я сделал свое дело. Враг был убит. Как ни странно, но я не терял сознания. Кроме боли я чувствовал лишь опустошение от происшедшего и желание помочь друзьям, которые сражались где-то рядом. Привстав на здоровое колено, я посмотрел назад и увидел, что Стен схватился врукопашную с врагом, который превосходил его по силе. Из плеча моего друга текла кровь, а лицо было сильно разбито. Аморей явно побеждал Стена и уже потянулся свободной рукой за лежащим в траве мечом. Стен упал, а его противник одной рукой придавил его больное плечо, а в другую взял оружие. Еще мгновение и Стен умрет. С неизвестно откуда взявшейся силой, я вскочил на обе ноги и мгновенно преодолел несколько метров, отделяющих меня от дерущихся. Аморей меня не видел. Я оказался у него за спиной. Сам не понимая, что делаю, я схватил его за голову и резким движением в сторону свернул ему шею. Мертвый враг повалился набок и навеки застыл с удивленным выражением на лице. Не теряя не секунды, Стен поднялся и побежал куда-то вправо от меня. Я последовал за ним, беспомощно ковыляя на раненой ноге.
Мы увидели страшное зрелище. Мельдеш лежал на спине, и из его живота торчала стрела. Рана была смертельной. Наш друг еще был жив, но его взгляд становился каким-то стеклянным и он, по-видимому, уже нас не видел. Рыдая, я упал рядом с ним. Мельдеш…Его враг лежал в двух метрах от него, и такая же стрела торчала у него из уха. Видимо, ему нечем было защищаться, и он вырвал одну стрелу из своего тела, чтобы поразить ею своего врага. И действительно, чуть выше пояса сбоку я увидел глубокую зияющую рану, из которой тонкой струйкой вытекала кровь. Умирая, наш товарищ забрал с собой на тот свет и своего убийцу. Я взглянул на Стена. Без всяких эмоций он стоял рядом и невидящим взглядом смотрел сквозь умирающего Мельдеша. Из моих глаз лились слезы, а он застыл как вкопанный, не до конца осознавая, что произошло.
– Стен! – крикнул я ему, что есть сил, – Стен, очнись! Мельдеш умирает!..
– Да, Майки…, – как-то неестественно спокойно ответил он. – Да, Мельдеш умирает. Но он погиб в бою, защищая себя и нас. Мы похороним его…
Парень был в состоянии шока. Он не верил в то, что видел. Я снова посмотрел в лицо Мельдеша и увидел, что он шевелит губами, пытаясь что-то сказать. Разобрать, что он говорит, было невозможно, и я наклонил свою голову, чтобы понять его последние слова.
– Отцу…передай отцу…, – он провел языком по разбитым губам, – скажи, что…я умер не как раб…мы свободные…только сами об этом не знаем… скажи…
