После этих слов он резко дернулся и замер, навсегда оставшись в этой степи и погибший, защищая свою свободу. Мы снова победили своих врагов, но в этот раз мы заплатили слишком высокую цену за это. Мы потеряли своего друга и эту утрату нам уже никогда не возместить. Потеряв своего товарища однажды, я нашел его, чтобы снова потерять, но уже навсегда.
Когда мы со Стеном смогли успокоиться и взять себя в руки, наступил вечер. Вырыв аморейскими мечами неглубокую могилу, мы похоронили Мельдеша, густо усыпав его пристанище маленькими желтыми цветочками, которые росли здесь повсюду. Стен перевязал мою разрубленную ногу при помощи разорванной рубахи, и перетянул ее выше раны грубой веревкой, висевшей на поясе у одного из убитых нами амореев. Только сейчас я начал чувствовать подступающую тошноту и навалившуюся слабость. У меня начался жар, и я не мог идти дальше. Но, несмотря на все это, нас ждал главный сюрприз. Через какое-то время к нам вернулись лошади наших врагов, которые теперь ходили рядом и обнюхивали своих мертвых хозяев. Расчетливый Стен, связал их мордами, одна к другой, использовав их собственную узду. Отдохнув, мы сможем двинуться вперед, но уже с большим комфортом и с большей скоростью. В любую минуту мы рисковали повстречать новый отряд амореев, и справиться с ними тогда уже не сможем. Мое состояние ухудшалось с каждой минутой. Раненая нога показалась мне такой тяжелой, как будто она была налита свинцом. Солнце почти полностью спряталось за горизонтом, и темнота начинала завладевать бескрайней степью. Сейчас все зависело от Стена. Наши жизни теперь были в его полном распоряжении. Жажда палила мои внутренности, как огонь. Отступив на время битвы, она с утроенной силой начала терзать наши глотки. И тут судьба преподнесла нам новый подарок. К седлу одного из коней был привязан бурдюк с какой-то жидкостью, о чем Стен поспешил мне сообщить. Я надеялся, что внутри будет обыкновенная вода, но там оказалось мутноватое пойло, по вкусу напоминающее горький кисель. Выхода не было. Мое горло совершенно пересохло, и я уже не мог дышать без боли. Сделав глубокий глоток, я сразу почувствовал облегчение. Влага животворным источником пронизала мои внутренности, спасая от обезвоживания. Передав бурдюк Стену, я кое-как взобрался на лошадь и грудью упал на ее спину.
– Поехали Стен, поехали, – сказал я и развязал узел, связывающий лошадей.
– Ты уверен, Майки? – спросил он у меня, усевшись в седло своего коня.
– Уверен. Если мы не доберемся до деревни, то долго я не протяну.
– Ты меня так не пугай. Мы обязательно выйдем к людям. Вот только знать бы в какую сторону ехать…
– Туда, – ответил я и показал ему звезду, на которую мы равнялись с самого начала.
– Понятно. Тогда вперед, – сказал Стен и медленно поехал впереди меня.
Я целиком полагался на своего друга и теперь мог немного поспать. Глаза закрывались сами по себе. Бороться со сном я уже не мог и через считанные секунды отключился, обняв лошадь за шею и навалившись всем телом на ее спину. Странные видения преследовали меня всю ночь. Я часто просыпался и, оглянувшись по сторонам, вновь проваливался в забытье. Рана в ноге не давала мне покоя, и пульсирующая боль временами переходила в резкие уколы, от которых я начинал стонать, и тогда моя лошадь испуганно ускоряла шаг. Что это было? Сны или полубред? Сначала в моей голове мелькали какие-то огни, затем я куда-то бежал и проваливался в глубокую пропасть, у которой не было дна. Меня окружили ужасного вида твари, и я испытал непреодолимое желание их убивать. У меня оказалось еще две пары рук, и я одновременно кромсал их копьем, рубал мечом и успевал размахивать горящим факелом, от пламени которого горела земля и плавились камни. Свободными руками я разрывал плоть этих чудовищ и пожирал их мясо. Вскоре я вскочил на коня, у которого вместо глаз были горящие угли, и поскакал по длинной извилистой дороге, ведущей неизвестно куда. Желание убивать росло во мне с неудержимой силой. Тело дрожало как от холода, а язык словно онемел. Нервное напряжение достигло своего наивысшего предела, и я уже не владел собой. Чья-то властная рука управляла моим сознанием, направляя меня и указывая, что делать.
Новый приступ боли заставил меня проснуться. Я не сразу понял, что происходит, но через секунду память вернула мне понимание действительности. Ночь…Звезды…
– Стен, – негромко позвал я, стараясь принять сидячее положение.
– Я здесь, Майки. Как нога?
– Терпеть можно, если бы лошадь шла спокойней. На каждой кочке я чувствую сильную боль.
– Ты уж держись. По крайней мере, сейчас не жарко. Смотри, мы идем точно по звезде, как ты сказал.
– Это хорошо. А долго я спал?
– Часа четыре. Ты все время дергался и что-то шептал.
– Мне снились странные сны. Такого раньше не было. Я почувствовал непреодолимое желание убивать и ощущал ужасную ненависть ко всему, что встречал на своем пути.
– Это, наверное, из-за ранения.
– Возможно. Но я был какой-то одурманенный, что – ли… Иногда даже понимал, что вижу сон. Но я был не я…
