Вася отправил Коротка на кухню, Вершка за целителями, а сам с остальными парнями со всех ног побежал на хоздвор за ведрами. Через минуту они вернулись, таща каждый по ведру колодезной воды. Куч уже не лежал на земле, успев перевести дух, и тормошил и что-то негромко, но властно говорил одному из лежащих в траве пластунов. Тот лежал лицом вниз, обхватив голову руками.
Увидев Васю, он коротко приказал:
– Лей.
Вася стал поливать парня из ведра.
– На голову лей, – крикнул Куч.
Остальные тоже принялись поливать водой пластунов. Их всех била крупная дрожь. Вася уже опустошил свое ведро и хотел крикнул Акиму, чтоб позаботился о Макарке, но тот и сам уже отыскал друга среди прочих, и вылил на Макарку все свое ведро.
– Еще несите, – приказал Куч, когда все ведра были опорожнены.
Через несколько минут суеты все пластуны были насквозь промокшими, а участок поляны превратился в хлюпающее грязное месиво, покрытое лужами. Старания Васькиных бойцов пошли на пользу. К тому времени когда Вершок привел на поляну целителя, все сидели и пили принесенный Коротком горячий чай с сухарями. Краснорожий дядька целитель окликнул Куча, но тот только вяло отмахнулся, давая понять, что помощь не нужна.
Попив чаю, пластуны поднимались и расходились. Куч, убедившийся, что все ожили, ушел тоже. Короток с Вершком следили, чтобы освободившиеся кружки из-под чая не растащили. Мышонок получил у повара ведро чая и посуду под личное обязательство вернуть все в целости.
Когда все пластуны разошлись, ребята подхватили ведра и посуду, чтобы вернуть все по местам. Макарка тоже восстановился, только попросил зайти в казарму, чтобы переодеться в сухое. Через несколько минут они уже выходили за пределы лагеря.
– Куда идем? – спросил Макарка. Он полностью вернул свою спокойную уверенность и даже на ходу чему-то тихонько улыбался.
– К Иванычу, – ответил Вася.
– На какие шишы? – Макарка оказался единственным, кто обратил на это внимание, последние четверть копейки они потратили пару недель назад.
– Умеешь ты, паря, задавать вопросы по существу, – Вася усмехнулся, – Нам выдали денежное довольствие за прошедший месяц.
– Ух, ты!
– Здорово!
– А сколько выдали? – в глазах Коротка зажегся алчный блеск.
– Десять копеек. Считай, по копейке на брата, – сказал Вася.
– Маловато сто-то, – буркнул Короток.
– Радуйся тому, что есть, – назидательно возразил Аким и довольно потер руки, – Ну, кого назначим казначеем десятки?
– Каким иссе казнасеем? – возмутился Короток, – Засем нам казнасей?
– Действительно, Аким, – поддержал Вася Коротка, – Раздать всем бойцам по копейке – дело не хитрое. Какой еще казначей?
– Ну, ребята, вы даете, – Аким преувеличенно изобразил изумление, – А из чего я вам доспех делать буду? Нам кроме курени забесплатно ничего не дают. А нужны еще шкуры, это раз, – Аким начал на ходу загибать пальцы, – Потом веревка нужна конопляная. Жилы тоже нужны, это стрелкам на тетиву. Да много чего…
Короток, придавленный перечислением необходимых трат, привычно насупился и уставился под ноги. Акима нещадно продолжал:
– Нужен нифрил для заклятий.
– А моги на сто? – тут же взвился Которок, – Пусть они нифрил згут. А мы по сто свой нифрил тратить будем?
– Да хоть бы заморозку тебе на башку наложить, – невозмутимо ответил Аким, – Когда во время боя тебе опять от копья прилетит, ты целителя можешь и не дождаться.
– М-да. Акима прав, – согласился Вася, – Нифрил нужен.
– Вот и я о чем, – обрадовался Аким поддержке десятника и, чтобы закрепить успех, добавил, – Вася, расскажи им про рубильников.
– Ну, – Вася немного помолчал, собираясь с мыслями, перед тем как поведать всей десятке то, что уже успел вытянуть из него Аким, – Атман Вепрь рассказывал. Что в войске у Котов есть отборная конница. Там только Рыси служат.
– Вроде как у нас стрелковые цапельные полусотни?
– Ага. А там рысья конница. Так вот, каждый из них в бою нифрила возжигает на целый рубль.
– Да ну?! – Короток толи не смог поверить, толи не смог представить себе такую уйму денег.
Вася пожал плечами. Если бы об этом рассказал кто другой, он скорее всего и сам бы не поверил. Но Вепрю он верил безоговорочно и потому продолжил говорить уверенно:
– Это не считая того, что у них есть еще и свои моги, которые тоже нифрила не жалеют.
– Да-а, – протянул Вершок, – Не хотел бы я с такими воинами сойтись в бою.
– А я еще не все рассказал, – добавил «радости» Вася с кривой ухмылкой, – В паре с рубильниками еще бьются нелюди. Их, кажись, Глаками называют. Так те врагов рвут зубами и когтями.
– Так их из-за этого рубильниками называют? – спросил Макарка после небольшого молчания, – Что нифрила жгут на рубль?
– Не знаю, – ответил Вася, – Может поэтому. А может и потому, что они своими длинными палашами разрубают человека надвое.
– Ага, – встрял Аким, – Так же и мы копейщики не потому, что копьями воюем, а потому что нифрила на нас в бою на копейку.
