- Конечно. Всё, что желает моя...
Я толкаю его на кровать, изворачиваюсь и замахиваюсь ножом. План был - прижать клинок к его горлу. Или к глазу. Последнее даже лучше, потому что тупым столовым ножом горло Туана я бы долго пилила...
Увы, ничего из этого не выходит. Туан перехватывает мою руку, больно выкручивает запястье - шипя, я роняю нож и мгновение спустя падаю на кровать, чуть не задавив Томми.
- Ты будешь мне подчиняться, - выдыхает Туан мне в лицо, и мои руки опускаются, а по телу разливается страшная слабость. Она тут же проходит, стоит Туану отстраниться, и я пытаюсь подобрать нож, но руки просто не поднимаются.
- Что ты со мной сделал?!
- Тебе стоит быть мне благодарной, фея, - выплёвывает в ответ взъерошенный Туан, садясь на край кровати. - Я отменил действие зелья, которое дала тебе твоя мать. Вижу, ты уже достаточно пришла в себя. Всё вспомнила?
- Что. Ты. Со мной. Сделал?!
- Ты будешь подчиняться моим прямым приказам, - отвечает Туан. - Любым.
На некоторое время в комнате повисает тишина. Я молча костерю Туана на чём свет стоит и пытаюсь хотя бы мысленно придумать, как бы его связать, вызвать стражу или, на худой конец, всё таки пырнуть ножом. Да, я кровожадная, но у меня был тяжёлый день и этой ночью я, кажется, ещё и не высплюсь.
- Что же ты мне прикажешь?
Туан ловит мой взгляд. От его довольной улыбки у меня случается аллергия - очень кулаки чешутся врезать.
- Утром мы возвращаемся в Сиерну.
- Прекрасно, - бросаю я. - Нам по пути. Что-нибудь ещё?
- Ты продолжаешь вести себя как... Словно ничего не произошло. Ты делаешь вид, будто я действительно твой спутник...
- А ты забыл, сладкий, ты действительно мой спутник? - ядовито улыбаюсь я, а Туан морщится.
- Попробуешь меня поцеловать, принцесса, и я сделаю тебе очень, очень больно.
- Уже трясусь от страха.
- И правильно делаешь.
Я натягиваю одеяло до шеи и закрываю глаза.
- Хорошо. Можешь сейчас куда-нибудь исчезнуть? Всё равно, куда, - мне надо позвать Габриэля, чтобы он накостылял тебе по самое «не хочу». А до этого демона придётся уговаривать, так что мне нужно время и одиночество, чтобы никто не видел этой в высшей степени занимательной картины.
- Позволь напомнить, принцесса, здесь я отдаю приказы, - язвительно шипит Туан. - А ты - подчиняешься.
- Это не мешает тебе прямо сейчас испариться и оставить меня одну.
Туан смотрит на меня, и улыбка потихоньку сползает с его лица.
- Спутник и фея проводят вместе всё свободное время. Если я «куда-нибудь испарюсь», меня первым делом отведут к твоей матери. И тогда, поверь, тебе будет больно - куда хуже, чем мне.
- А? - я снова сажусь на подушках. - Могущественный злодей «я-знаю-все-ваши-слабости» боится фей?
- Всесилен только Тёмный Властелин, - парирует Туан. - И с твоей помощью он будет мне принадлежать.
- Через мой труп.
- До этого не дойдёт, - усмехается юноша. - Ты мне нужна живой, Виола. Итак, утром ты пойдёшь к королеве...
- Иди к чёрту, - я снова ложусь и укрываюсь одеялом с головой. Глаза слипаются, голова трещит, испуганный кролик прижимается...
Я распахиваю одеяло. Туан ловит мой взгляд, насмешливо вскидывает брови.
- Чем я могу ещё служить вам, моя госпожа?
- Кролик. Томми. Это...
- Юный принц Сиерны, - Туан тянется погладить, но кролик прячется под одеяло. - Видишь ли, мне нужна была помощь его матери...
- Ты превратил маленького ребёнка... в кролика?!
- В крольчонка, если быть точным. Именно.
- Ну ты и... - у меня на языке вертятся сразу несколько эпитетов и метафор, но все они нецензурные, а при детях выражаться нельзя. Табу.
Я нахожу Томми под одеяло и прижимаю к себе.
- Посмеешь тронуть его ещё раз...
- И что ты мне сделаешь, принцесса? - вскидывает брови Туан.
- Покусаю.
- Да, ты наверняка ядовитая, - усмехается он.
- Расколдуй Томми и верни матери. Сейчас же!
- Ну уж, феечка. Его мать ещё нужна мне покорной и предсказуемой. Так что - нет.
- Туан, - вспомнив ещё несколько определений и сравнений, очень сдержанно говорю я. - У тебя совесть есть?
Юноша ловит мой взгляд и улыбается.
- О да. Я за добро и справедливость, дорогая Виола. Слыхала, что лучше всего добро орудует кулаками?
- Добро? Ты в своём уме? Ты заколдовал трёхлетнего мальчишку! Ты угрожал его матери! Ты...
- Тебе не понять, фея, - кривит губы Туан. - Ты ничего не знаешь. Ты здесь лишняя - но даже тебя можно использовать. Этим я и занимаюсь.
- Я. Тебя. Ненавижу!
- Поверь, ты мне тоже не нравишься.
Конечно, я не могу заснуть этой ночью. Даже когда назло пытаюсь задремать, обнимая Томми и поглаживая его по спинке. Всё заканчивается, когда я со слезами в голосе начинаю объяснять ему, что скоро сниму проклятие, верну его к маме, и всё-всё будет хорошо.
- Не трудись, - мрачно бросает с подоконника Туан. - Он сейчас кролик, а не человек. И ощущает себя кроликом - на всех планах. Он всё равно всё забудет, когда проклятье спадёт. Разве что морковку будет любить больше обычного, - и под нос себе бормочет: - Я же не какой-нибудь зверь.
Эта фраза оказывается последней каплей.
