Через пару минут я сидел за столом, над котором горел шахтерский фонарь, а Петр натягивал на себя штаны и рубашку.
«В гости приехал, или по делу?», – бросил на меня взгляд, – «Или деньги, которые как ты говорил, в степи спрятаны, ищешь?
«Почти угадал!» – успел я сказать, и в дверь раздался стук. Петр прислушался, кивнул на нее головой:
«Кто еще?» – тихо спросил. Но отвечать было поздно: дверь без разрешения приоткрылась, и в вагончик проскользнул Дока, успевший за пять минут возле мотоцикла полностью восстановить силы. Как это без него я буду с кем то решать важные дела?
«Здрасте!» – с видом каящегося грешника Дока несколько раз кивнул головой в направлении Петра, и перевел взгляд на меня, – «Я тут вижу – свет в окошке горит – дай думаю зайду, люди то не спят!» – и озабоченно вздохнул.
Моего напарника по приключениям Петр знал, визуально, может даже и обращался по делу – посмотреть машину, или попросить к ней запчасть. Шапочное, как говорят, знакомство. Но сейчас мы с Докой появились вместе, да еще и ночью – и Петр сделал правильный вывод:
«Привет!» – напарника моего внимательно осмотрел с улыбкой, на что Дока непонятно каким образом сжался в объеме, – «Проходи к столу, присаживайся. Вы же сейчас», – удостоил взглядом и меня, – «как я понимаю, о чем то просить будете – по ночам просто так в гости за полторы сотни километров не заваливаются!»
Дока не заставил ждать и начал перемещаться к столу – как то боком и очень осторожно, хозяин же наоборот из-за стола поднялся и опустившись на четвереньки, полез под кровать. Через минуту, когда и второй гость занял за столом место, поднялся с пола уже с бутылкой в руках.
«По рожам вашим видно, что без бутылки не обойтись», – угадал он сложность предстоящего разговора. Достал из продуктового ящика важнейшие компаненты закуски – банку тушенки и кусок хлеба, в тишине, под нашими взглядами банку открыл, хлеб порезал, выудил из того же ящика стаканы, наполнил их до половины.
«А как же…», – Дока закрутился на стуле, страдальчески глядя на меня – пить то ему нельзя, он же за рулем и до дома пилить семь часов!
«По чуть-чуть можно», – облегчил его душу, и улыбнулся Петру, – «Давайте выпьем за то, что бы не зря мы сейчас встретились. По делу приехали, очень важному, и не сами его придумали, а в милиции нас попросили. А без тебя решить его не получится!»
«Ну-ну», – Петр усмехнулся, – «если ваше дело с похищенными деньгами связано – про меня не забудьте, выделите малую толику!» – и все мы подняли стаканы и ими звякнули.
А дальше я рассказал другу-начальнику суть предложения не только нашего, но и милиции: не ранее четверга найти причину для рейса в отряд самолета из Солнечного. Под любым предлогом – ответственность за последствия славные правоохранительные органы берут на себя. Так что повод для рейса можно привести любой, вплоть до обмана, конечно приемлемого и правдоподобного. И если этот рейс с Солнечным будет согласован, Петр по рации сообщит мне в партию его дату – мол, жди в гости тогда то.
Друг послушал мой бред, послушал, и озвучил свое предложение:
«Если я сделаю по вашему – через день окажусь безработным, или подозреваемым в мошенничестве. Можешь предложить место, где меня после всего на работу примут?»
Дока за столом вид принял возмущенного донельця – как это человека можно уволить, если он на милицию работает, считай участвует в расследовании преступления! Но вид видом, а рот с возражениями открывать побоялся. Я же мог с другом поговорить и по такой теме:
«Уволят– к нам в партию геологом тебя возьмут во всех случаях», – это я вместо слабенького прикола, – «а если честно – все же желательно, что бы повод для рейса нашелся официальный и неотлагательный. Дело к тому идет, что к самолету у тебя в отряде может известный «мотоциклист» еще раз объявиться, и даже с мешком денег!»
Петр усмехнулся, покачал головой – ну вы и напридумывали – недолго помолчал. Потом предложил:
«В общем так», – начал набулькивать в стаканы по второму разу – и Дока свой тут же защитил ладонью, – «пока вы мне все не расскажете, как и откуда у вас возникли фантазии умопомрачительные – я насчет дополнительного рейса и пальцем не шевельну. Дело то предлагаете можно сказать подсудное!»
