В итоге коллективной говорильни пришли к общему мнению, что действительно, как я и Игорь Георгиевич предполагали, в данном месте наблюдается проявление двух рудных формаций – золоторудной и полиметаллов, разделенных по времени и условиям формирования, но имеющим общую рудоподводящую структуру. Точно насчет глубины эрозионного среза на пятачке женщина минералог сказать пока не решилась, но советовала не обольщаться – на верхнюю часть рудных тел данный объект, к сожалению, не тянет определенно.
Я не очень и расстроился, как и главный геолог – к такой оценке пятачка были давно готовы. Нельзя же чуть ли не каждый год выявлять значимый объект!. Но все же немного настроение наше представители науки подпортили, только в другом плане. По их мнению, пятачком заканчивалась золотонесущая часть протяженной рудоподводящей структуры, вдоль которой выявлены все известные рудные объекты. И как вывод – они не видят перспектив двигаться с поисковыми работами на золото дальше. Потому что если структура можно сказать рудоподводящая продолжается, то теперь по ней появляются – уже известно несколько – проявления полиметаллов, без всяких ореолов золота, которые на нашем пятачке еще есть. То-есть, по их мнению, дальше можно двигаться, ориентируясь на выявление промышленных объектов с полиметаллами.
Конечно, между ведущими геологами в партии примерно такие разговоры уже место имели, но это были первые прикидки, и как оказалось сейчас, представителями науки подтверждаемые. Так что хорошенько подумать , куда нам с поисковыми работами двигаться на следующий год –придется.
Ну а пока прогнозы прогнозами, а пришла пора свозить гостей в поле, показать на месте, какие и где у нас ореолы золота, где галенит и сфалерит в прожилках, в каких они щикарных «березитах» , и даже «железная шляпа» есть, правда нетипичная. И получили предложение ехать прямо сейчас, хотя до обеденного перерыва оставался час времени. У них своя машина, в ней все оборудовано для жития в любых условиях, есть и газовая плита. Прямо на месте и пообедуем, шофер у них по совместительству и повар. Ну и как? Не отказываться же!
Место мне определили в кабине – показывать дорогу. О чем четыре человека говорили в салоне – я не знал, но когда приехали и выбрались на свежий воздух – веселыми были все. Сразу подошел Паша, был представлен как на участке главный, и тут же предложил пройти к одной из канав.
«В ней руда настоящая!» – заинтриговал всех, – «Галенит и сфалерит не только в прожилках, а и по основной массе породы наблюдается!»
Деятели науки за ним немедля рванули, ну а мы с Игорем Георгиевичем, хорошо зная Пашу переглянулись, улыбнулись, и побежал за всеми сзади.
Действительно, в канаве можно сказать руда. Поработали молотками, пробежались на двадцать пять метров влево и вправо до соседних канав – в них уже похуже, только прожилки и поменьше. То-есть рудное тело длиной не больше пятидесяти метров, одни полиметаллы и золота точно нет.
Гости непрерывно между собой разговаривали, иногда обращались и к нас с вопросами. По их мнению, все, о чем был разговор в камералке, здесь на месте подтверждается на сто процентов. Даже Паша понял, что показывал проявление формации с полиметаллами и без золота. Но стойко все выслушав, не замедлил потянуть всех в канаву другую, где по его мнению золото быть должно.
Нетипичная «железная шляпа» и классные «березиты» с прожилками серицита как индикатора более низкотемпературных процессов, представителей науки несколько озадачили. Золото вроде бы не противопоказано, раз есть подходящие породы и его ореолы, даже если и слабенькие. Но видимого, как Паша объяснил, он «пока» не нашел, так же как и наши гости, хотя по началу с азартом камни поколотили.
Паша не замедлил сводить гостей еще на пару канав, красивые камни посмотрели и в них. И после этого гости выдали вердикт: золото должно быть, но раз видимого не наблюдается – значит содержания его в породе незначительные. То-есть, вернее всего здесь только проявление, в лучшем случае – рудопроявление. Паша обрадовался и этому, и дальше от группы не отставал –геологическая машина с людьми умотала в партию, и теперь он должен был возвращаться с нами.
Гости любопытство удовлетворили, и во-время – шофер машины подал сигнал, прогудев три раза.
«Пора на обед!» – расшифровал его самый главный, и повел нас демонстрировать новинки прогресса в полевой жизни небольшой группы геологов, имеющих в распоряжении только машину и никакой возможности задержаться на одном месте больше трех-четырех дней.
