— А то… — щедро наполняя мой стакан, Вэл одной рукой треплет меня по волосам, после чего неожиданно привлекает к себе и легко чмокает в макушку. — Сученька моя долбанутая, — почти с нежностью в голосе говорит он, пока я тихо офигеваю про себя — дизайнер в такие моменты все время фырчит что «ненавидит эти сопли». Видимо, это в меру экологический алкоголь на него так подействовал.
— Ладно, не расслабляйся. А то быстро перестанешь быть клевой сученькой и станешь обыкновенной дурой, — тут же говорит он и я успокаиваюсь — ну вот же он, наш старый-добрый Вэл. Вредный и язвительный. — Давай, за нас! — он поднимает стаканчик и быстро выпивает из него. — Поехали дальше!
— Так, и что тут у нас? Фоточки с кастингов? — снова вперив рентгеноподобный взгляд в монитор, Вэл продолжает изучать страничку Виолы. — Отлично, торговля подрастающим телом началась, и рулит этим сама мамаша? Нет, ну классика жанра — он выразительно смотрит на меня, чтобы усилить эффект своих слов. — Все эти вчерашние красотки, которые настойчиво пихают в шоу-бизнес своих же дочек. Мне кажется, они и рожали их для того, чтобы было кого продать, когда своя жопа станет совсем неликвид!
Теперь мы наслаждаемся контентом самой Виолы — страничку ведёт уже она, наполняя ее новыми фото и исключительно провокационными статусами. По всему видно, что девочка подросла и подхватила волну, шлейфом вьющуюся за ней с самых малых лет:
«Девушка должна быть шикарной. А больше она никому ничего не должна»
«Есть люди, которые несут тьму и хаос. Есть люди, которые несут добро и свет. А есть я. Я несу классную сумку»
«Рождённая ходить на каблуках галоши не оденет»
— Не наденет, блядь! — язвительно уточняет Вэл, добавляя: — Как хуйню всякую писать, так у нас каждый — креативщик, а как правила учить… Ладно, давай дальше…
Успокаивающе похлопываю друга по плечу, стараясь отвлечь от стилистического несовершенства, ранящего его тонкий вкус, и мы движемся дальше.
Жизнь Виолы по-прежнему походит на праздник — призы, кубки, короны с детских конкурсов красоты, грамоты из школы и даже какие-то дипломы участницы конкурса лучших чтецов. А вот и первое видео на страничке, снятое, конечно же, матерью — на фоне скачущей и слегка расфокусированной картинки мы слышим женский голос: «Смотри, смотри, моя! Скажи, самая хорошенькая здесь? Не то что остальные крокодилицы…»
Судя по дате — двенадцатилетняя Виола читает патриотические стихи, томно гримасничая и всеми силами изображая любовь к родине. Но получается у неё это на удивление мило и забавно. Все дело в улыбке — кажется, она у неё действительно на миллион. Когда девочка улыбается, удержаться от ответной реакции просто невозможно.
Мои мысли тут же подтверждает и Вэл:
— Ну да, пусть она не семи пядей во лбу… но в ней есть что-то, кроме внешности. Энергия есть, харизма. Она так смотрится на сцене и уверенно себя подаёт, что будь я главным среди судей, сам бы вручил ей этот приз. Так что мамаше даже не пришлось бы со мной трахаться, — язвительно добавляет он, прекрасно понимая, каким образом были налажены хорошие отношения с жюри и собственная деточка продвинута в призеры.
Снова толкаю друга в бок, желая сбавить градус сарказма, отвлекающий меня. Не знаю, что ищет Вэл, а мне вот нужна разница, тот самый перелом, который случился с Виолой перед последним классом. Я очень хочу посмотреть ее записи именно этого времени — возможно, они дадут нам подсказку, было ли это связано с «разоблачительным» постом в паблике, либо же ее просто достала роль куклы и вечного украшения стола.
Но, судя по записям Виолы, ее эта роль ни капли не тяготила — наоборот, она в ней очень гармонично себя чувствовала.
— Слушай, может, это тот случай, когда воспитание маменьки пошло на пользу? — интересуюсь я у дизайнера. — Смотри, как ей нравится быть в центре внимания. Желания родителей и детей полностью совпадают. Нет даже вечного конфликта поколений.
Мои слова подтверждают фото Виолы с матерью — став старше, она окончательно перешла в статус подружки. Вот семейное фото с пляжа — две ослепительно яркие блондинки игриво изгибаются, позируя рядом на камнях, заменившим песок на нашем самодельном озере. Вот они вместе едят мороженое, соблазнительно облизывая ложечки и озорно подмигивая, а фото сопровождает надпись «Настоящие мужчины предпочитают блондинок»
— Пошлятина… Пошлятина… Опять пошлятина… Это ложка, а не хер, ты чему ребёнка учишь? Рановато ещё! — Вэл грозно тычет пальцем в экран, после чего поворачивается ко мне в ответ на вопрос. — Воспитание, говоришь? Это курсы малолетних шалав, а не воспитание. И мать — в роли гуру и коуча. Разве это воспитание?
— Ты смотри, как тебя на мораль пробило, — удивляюсь я. — Я-то думала, у тебя подгорает исключительно от безвкусицы.
— Нет, ну всё их позирование — это вырвиглаз, конечно, — переходя на новую страничку, уверенно отвечает дизайнер. — Но я такого дерьма немало в жизни видел. Только ладно бы мамаша со своими подружками так звездила. Так нет же, она сама подыгрывает вместо того, чтобы гонять ее. И это весьма херово, Полина. Весьма херово.
