– Пройдёмте в дом. Ваши комнаты уже готовы, – приглашает Аманда, и мы направляемся в сторону особняка.
Я убиваю взглядом Рицци, когда его ладонь ложиться на мою талию, и медленно скользит ниже. Взгляд, словно защитный механизм, ищет Даниэля. Как бы ужасно не звучит, в душе надеюсь, что он остановит все это. Это мечты, которым никогда не сбыться. Простой телохранитель никак не сможет пойти против целых двух кланов. Они убьют его на месте, даже не давая шанс на правосудие.
Даниэля здесь нет.
Едва мы зашли за порог, наши солдаты испарились. Остался только Вико и телохранитель отца.
– Уже завтра ты будешь моей, – шепчет в основания моего уха Рицци.
Тело покрывается мурашками. Не такими, когда разгорячённые губы Даниэля касались меня. Совершенно другие. Мерзкие и отвратительные. Тина замечает, что я была на краю нервного срыва, и взяв меня за руку, улыбается Рицци.
– Я покажу Андреа её комнату. Думаю, нам стоит готовиться. А ты проказник, поиграй в пистолетики, – смеётся сестра, толкнув в плечо Рицци.
– Я бы поиграл с тобой, сестра. Мне нужен достойный соперник, – улыбается ей парень.
– Иди уже, – закатывает глаза Тина, но я все равно вижу, как она тепло улыбается Рицци.
У них были хорошие отношения. Это почему-то успокаивает.
Наконец Рицци отпускает меня, и направляясь за родителями, подмигивает. Хотя бы на несколько часов избавилась от него.
– Боже, спасибо, – благодарю Тину, крепко сжимая её руки.
Мартина поджимает губы, прежде чем сказать то, чего мне явно не хочется слышать.
– Ты не можешь избегать его вечно. Он – твой муж, и это нормально.
– Он ещё не стал им, – упряма стою на своём, хотя в душе знаю, что просто пытаюсь построить оболочку внутри, и не показывать, как все вокруг заставляет дрожать от злости и отчаяния.
– Церемония состоится завтра. Глупо, что ты говоришь это.
– Сестра, ты начинаешь меня бесить, – сжимая челюсть прохожу вверх по лестнице, – Покажи, где моя комната.
Тина показывает.
Временное убежище, если можно так сказать, оказывается достаточно просторным: двуспальная кровать с балдахином, ванная комната и балкон, выходящий на задний двор. Прекрасно, если не так грустно.
– Я понимаю твою злость, ты слишком уязвима сейчас, но…, – Тина прикрывает дверь, и делает шаги в мою сторону.
Внутри играет штурм, и я чувствую если не скажу, сойду с ума в своих же мыслях.
– Всё пройдёт, я была…, – не останавливается сестра, пока не перебиваю её, сделав глубокий вдох.
– Я переспала с Даниэлем.
В Тину словно попадает стрела, и кажется сейчас, она упадёт прямо передо мной. Но она лишь прикрывает рот от удивления, смотря глазами полных шока и страха.
– Пожалуйста, скажи, что я ослышалась.
– Не ослышалась, Тин, – судорожно выдыхаю, сжимая свои волосы от безвыходности, – Я сделала это, – меня просто уносит, когда сажусь на край кровати и опускаю взгляд на свои руки.
– Твою же мать, Андреа, – Тина начинает делать круги вокруг комнаты, и грызет ногти, что делает всегда, когда сильно взволнованна, – Вы хоть понимаете, что натворили?
– Не нужно мне говорить об этом, – выдаю раздраженно, – Я не ребёнок, и прекрасно знаю, что делаю. Просто…
– Просто что? – вдруг взрывается сестра и замирает.
Я впервые вижу такую панику в её глазах.
От чувств, переполняющих внутри, резко встаю на ноги.
– Просто, что я не хотела отдаваться Рицци полностью! Хоть раз в жизни, хотела выбрать сама. Я сделала это, и не жалею ни о чем.
Тина замолкает. Её напряженные плечи опускаются.
– Прости, – выдыхает сестра, – Я переживаю за тебя, Андреа. Ты что, не знаешь правила? Если твоя правда раскроется, а она раскроется, когда Рицци заявит на тебя права, тебя просто вернут с позором обратно. И я боюсь представить, что сделает отец, когда узнает. А что будет с этим придурком? Ты подумала? Они даже церемонится с ним не будут.
– Рицци не откажется от меня, я знаю, – качаю головой, прикусив нижнею губу, – Думаешь, почему он так приелся мыслями сделать меня своей женой? – выгибаю хитро бровь, – Он хочет доказать мне, что я слабая. Доказать, что в конце концов, он выиграл игру. Я задела его хрупкое эго, и он не станет так просто проигрывать, лишь из-за того, что я больше не невинна.
Я прекрасно знаю это. В ночь помолвки Тины, уверена, Рицци впервые осознал, что не все принадлежат ему. И женившись на мне, он хотел доказать обратное.
Говоря, что мужское эго самое хрупкое, имели в виду именно Рицци.
– Очень надеюсь, что это так, Андреа. В противном случае…
– Что вы делаете тут? – в комнату врывается Вивьен, и сердце делает кульбит от мысли, что она могла все услышать.
Растерянный взгляд Мартины говорит о том же. Но улыбка, с которой смотрит на нас Вив, говорит об обратном.
– Нас зовут на обед. Вам стоит поторопиться.
– Я иду, – быстро отвечает сестра, – Андреа приведёт себя в порядок, и спустится, – она подходит к Вив, и кинув в мою сторону многозначительный взгляд, закрывает дверь.
Я остаюсь одна. Снова один на один с мыслями о вчерашней ночи. С мыслями о его губах, запаху и прикосновений. Что будет дальше?