Больше всего меня беспокоят женщины, которые подходят ко мне, когда Грейс нет рядом. Это неприятно, и я извиняюсь перед своей подругой каждый раз, когда очередная дама прикасается к моему плечу или спине. Им все равно, есть ли у меня спутница. Похоже, они все еще видят во мне лишь трофей. Грейс реагирует на удивление ревностно, однако я нахожу это прелестным. В канун Нового года она была скромной и стеснительной женщиной, которая со временем обрела уверенность, силу и страсть. Наша любовь изменила нас обоих. Грейс стала совершенно неотразимой и убедила меня, что я не могу вечно жить на деньги родителей. Благодаря ей пошел в Coleman & Sons, а теперь счастлив от полученного шанса работать копирайтером.
Мы оба узнали, что значит любить, а главное, как поддерживать эту любовь. Я никогда не смогу изменить Грейс.
К сожалению, на свадьбе случилось еще одно неприятное событие: тетя Одетт меня таки нашла и поцеловала в губы, хотя Грейс она тоже не пощадила.
Когда мы возвращаемся домой поздно ночью, сразу ложимся спать. Я прижимаю Грейс к себе, пока она вырисовывает пальцем круги на моем животе и бормочет:
– Спасибо, что взял меня с собой на свадьбу.
– Не за что. Все прошло очень весело.
– Да, за исключением женщин, которые облепили тебя со всех сторон.
– Не волнуйся, ты единственная, кому я принадлежу.
– Хорошо. Потому что я не люблю делиться. – Грейс зевает и, успокоившись, засыпает. Я некоторое время просто восторженно смотрю на нее.
На следующий день Грейс уехала в офис по важным делам, а я решил навестить маму. Папа уехал рыбачить с друзьями и вернется домой лишь в обед. Мы наслаждаемся с мамой завтраком на свежем воздухе. Я приготовил яичницу с беконом, мюсли с йогуртом и многое другое. В конце концов мы объелись и радовались тому, что не позволили себе много спиртного на свадьбе, поэтому чувствовали себя сегодня отлично.
– Тетя Одетт просто ужасна со своим поцелуем, – морщусь я, вспоминая вчерашнее событие.
– Твоя тетя хоть и бывает назойливой, очень искренний член нашей семьи. Будь к ней снисходителен.
– Я постараюсь. Для тебя постараюсь сделать все, что угодно, мама. – Поднимаюсь и целую ее в щеку.
В это утро мама в прекрасном расположении духа. Она светится от счастья – еще никогда не видел ее такой. После завтрака мама извиняется и отправляется на верхний этаж, чтобы успеть подготовить сюрприз.
Убирая со стола, думаю, какой сюрприз она подготовила для меня. Чуть позже слышу, как мама зовет меня, и с любопытством выхожу в прихожую. Оглядываюсь кругом в ее поисках, пока не бросаю взгляд вверх и не застываю от шока. Мама стоит на обеих ногах на верхней ступеньке лестницы и, улыбаясь, смотрит на меня.
– Мама! Что ты там делаешь? – в ужасе восклицаю я.
– Смотри, Грейс была права. Чудеса случаются. Я снова могу ходить, – радостно кричит она, глядя на меня.
По ее лицу видно, что она действительно верит в это. Она пытается сделать шаг, но стоит слишком близко к ступеням и слишком далеко от инвалидной коляски. Я не могу и слова произнести, стоя словно парализованный. Все происходит как в кошмарном сне: когда знаешь, что произойдет нечто ужасное, но ты ничего не можешь изменить. Внезапно мамины ноги начинают дрожать, она теряет равновесие и падает головой на колесо инвалидной коляски. Как будто со стороны слышу свой голос, выкрикивающий ее имя, прежде чем броситься к ней через ступеньки.
Из раны на затылке течет кровь. Много крови. Снова и снова выкрикиваю ее имя, но она не отвечает. Я в ступоре, не зная, что делать. Чувствую онемение и боль, пока не прихожу в себя и не начинаю судорожно вытаскивать телефон. Дрожащими пальцами набираю номер «Скорой помощи» и вкратце сообщаю о том, что произошло. В этот момент входит отец. А через несколько секунд он уже стоит рядом со мной. Вся краска схлынула с его лица, а по телу пошла мелкая дрожь.
– Как это произошло? – спрашивает он тихо. В его глазах вижу такую же беспомощность, как когда мама упала с лошади.
– Машина «Скорой помощи» скоро будет.
– Как это могло…? – Вместо голоса я слышу лишь хрип. Мой отец в шоке, но я не могу помочь ему.
Прибывший врач «Скорой помощи» осматривает маму, затем ее укладывают на носилки и осторожно спускают вниз. Папа хочет поехать с ней, но на нем грязный рыбацкий костюм, пропахший рыбой, и санитары не могут посадить его в стерильную машину. Отец в отчаянии падает на колени.
– Я поеду с ней, а ты переоденься и приезжай как можно скорее, – говорю я монотонным голосом. Кому-то из нас нужно сохранять холодную голову.
– Хорошо, – шепчет он и смотрит вниз на входную дверь, через которую выносят маму. Я смотрю на свои окровавленные руки и не понимаю, как это произошло. Мне сейчас нельзя сломаться, я нужен маме.
– Ты забронировала мне рейс на Великобританию? – спрашиваю Роуз, которая, как и я, пришла в офис в воскресенье из-за большого количества работы.
– Да. Самолет вылетает во вторник днем. Как вы и хотели, я забронировала в самолете два места рядом и двухместный номер в отеле.
