Тяжело и прерывисто дыша, я вскрываю первую упаковку теста. Руки трясутся, а нервы натянуты так туго, что, кажется, вот-вот порвутся. Я чувствую напряжение каждой клеточкой своего перепуганного существа и тотально растворяюсь в парализующем страхе. Уверена, уровень адреналина в моей крови сейчас просто зашкаливает.
Спустя десять минут и пять описанных полосочек сомнений почти не остается. Кажется, я действительно беременна. Загипнотизированно пялюсь на разложенные в ряд положительные тесты и ощущаю, как носоглотку начинают раздирать горько-соленые слезы.
Обычно самовнушение мне неплохо помогает, но в этот раз почему-то не срабатывает.
Меня накрывает.
Ощущение страха возрастает в геометрической прогрессии, стены начинают давить, кислорода становится невыносимо мало. Реальность вокруг превращается в гудяще-пульсирующую вереницу. В груди сильно тянет, кажется, что приближается сердечный приступ…
Но это не он. Точно не он. Я просто обязана успокоить свое сознание.
Упираюсь взглядом в дозатор мыла и, вспомнив совет психотерапевта, выбираю его объектом своего фокуса. Что бы не случилось, я буду глядеть на него.
Глянец. Нержавеющая сталь. Рассчитан примерно на пол-литра мыла.
Корпус хромированный. Поверхность блестит. Есть блокировка носика.
Я долго упорно рассматриваю дозатор, подмечая все новые и новые детали. Мозг так и норовит вновь провалиться в иррациональную тревогу, но я неимоверным усилием воли удерживаю его от срыва. Меня колотит от перенапряжения, но я не сдаюсь.
Не могу позволить себе сдаться.
Как следует продышавшись, сгребаю тесты в сумку и выхожу из туалета. Постепенно, шаг за шагом мне удается взять контроль над своим телом и разумом. Сердцебиение приходит в норму, а ладони перестают дрожать.
Мне все еще страшно, но теперь этот страх, прокатившись по самым потаенным уголкам моей души, приобрел более-менее понятную форму. С этим можно жить. С эти можно работать.
Однако один момент мне все еще неясен. Я до сих пор не знаю, что испугало меня больше: сам факт нежеланной беременности или то, что я понятия не имею, от кого этот ребенок: от Богдана или от Олега.
— Что будешь делать? — Надя озвучивает вопрос, который одолевает меня со вчерашнего дня.
После того, как анализ на ХГЧ подтвердил факт моей беременности, я пребывала в состоянии полнейшей прострации и никак не могла из нее выбраться. Телефонные звонки игнорировала, ни с кем не общалась, ничего не хотела. Просто сидела дома, забившись в угол своей спальни, и гипнотизировала взглядом маленькое пятнышко на паркете.
Я испытывала самый разный спектр негативных эмоций: от уже набившего оскомину страха до злости на собственное тело за то, что оно не подчинилось гормонам, которые я так старательно пила.
Но болезненные чувства и переживания больше не выходили наружу со слезами. Они подвисли и заморозились. Будто замерли в ожидании моего решения. Конечно же, это самое решение я приняла практически сразу, однако долго тянула с тем, чтобы озвучить его.
Но тут уж тяни, не тяни… Пути назад нет.
— Пойду на аборт, — сухим безжизненным голосом говорю я.
Несколько мгновений Надя задумчиво барабанит пальцами по столу, а затем вскидывает на меня взгляд.
— Уверена? — на всякий случай уточняет она.
— Ты же в курсе моей ситуации, — апатично пожимаю плечами. — Я больше не хочу детей. Вообще.
От меня не укрывается, как Надя едва заметно с легкой укоризной поджимает губы, однако уже через секунду ее лицо приобретает сочувственно-молящее выражение.
— Карин, ты прости мою дотошность… Честное слово, была б ты просто пациенткой, я бы слова не сказала. Ты ведь знаешь, я никогда ничего не навязываю, — она заминается, очевидно, обдумывая дальнейшую фразу, — но мне правда небезразлична твоя ситуация. Разве справедливо, что ты лишаешь себя будущего из-за страха перед прошлым?
Я молчу, а Надя продолжает:
— Вероятность того, что все это повторится со следующим ребенком, ничтожно, просто микроскопически мала и…
— Так же мала, как и вероятность залететь на гормонах? — иронично перебиваю я.
Приятельница застывает с открытым ртом не в силах вымолвить и слова, а я тяжело вздыхаю:
— Надь, спасибо за твое неравнодушие, но я правда не готова снова через это проходить. Дай, пожалуйста, направление на аборт. Я не передумаю.
