Нити ярче серебра полностью

Сердце Ио бешено билось о грудную клетку. Она сбежала от духа, обманула Горацио Лонга, выскользнула из рук рожденного фобосом – но пистолет? Одно нажатие на спусковой крючок – и ее мозги разлетятся – разбрызгаются! – по мостовой.

– Разве я неясно выразилась? – процедила сквозь зубы фигура. – Я сказала: увидимся послезавтра.

Ио мгновенно узнала голос.

– Роза? Что ты… Ты серьезно собираешься в меня выстрелить?

– Жизненно важные органы не пострадают. Я прицелюсь в руку или в ногу.

В свете уличного фонаря длинный ствол пистолета поблескивал, словно кремень, которым высекают искру в темноте. Роза стояла в типичной позе пиявки: ноги врозь, туловище прямо, руки держат пистолет. Она выглядела как и всегда: высокая, крупная, длинноногая – ноги она старалась подчеркнуть при любой возможности, – черные волосы собраны в низкий хвост со строгим пробором посередине, идеальный изгиб бровей, смуглая кожа, усыпанная веснушками, полоска темно-сливовой помады на губах. Одета она была не по форме: неприметные брюки цвета хаки и серый бархатный жакет.

Ио развернула Полотно – пальцы потянулись к нитям. Роза могла за считаные секунды созвать всю Инициативу, как тогда в Сити-Плаза. Ио позаботится о том, чтобы на этот раз они с Эдеем остались невредимыми.

Роза прищурилась, глядя в лицо Ио: серебро, несомненно, уже отразилось в ее радужках – и подруга все поняла.

– О нет. Нет. Даже не думай об этом, Ио. Тебе мало нити моей бедной бабушки?

– Только не До-Ло! – искренне посочувствовала Ио.

О боги. Все гораздо хуже, чем она думала. Нить, которую она перерезала в ночь вторжения, оказалась не безобидной нитью привязанности к эклерам, как у нее, а нитью семейной любви.

Долорес Сантос была прекрасной старушкой и невероятной бабушкой. Всякий раз, когда Ио приходила к Розе в гости, До-Ло, как ее игриво называли внуки, кормила ее чудесно острыми тапас и рассказывала восхитительно непристойные истории о своей юности, вынуждая Розу краснеть от смущения, а Ио – от смеха.

Ио мучили угрызения совести. Потерять нить всегда ужасно – это внезапная необъяснимая потеря, как будто у тебя отрезают кусок от сердца. Какой бы силы любовь ни формировала нить, она все же исчезала. Со временем она могла появиться снова, но прямо сейчас любовь Розы к бабушке потеряла свою глубину и чистоту.

– Да, До-Ло. Я был у нее вчера и посмеялась только над одной ее шуткой.

– Может, она была не такой уж и веселой?

– Моя абуэла[6] уморительна.

– Это верно, – вынуждена была признать Ио. – Так ты опустишь пистолет?

– Это ты мне скажи, Ио. Разве я не заслужила выстрела? Хотя бы малюсенького, справедливости ради?

– Определенно.

Стоящий в нескольких футах слева от Ио Эдей сделал резкий вдох.

– Отлично, – сказала Роза. – Я позволю тебе выбрать: рука или нога?

– Пожалуй, рука… – задумалась Ио. Она повернулась к Эдею. – Как думаешь? Лучше рука? Ранение в руку не так сильно помешает расследованию.

– Я… я… – заикался Эдей, отчаянно переводя взгляд с одной девушки на другую. – А есть вариант не выбирать ничего?

– Вполне справедливо, – согласилась Роза. Плавным движением она опустила пистолет и сунула его в кобуру под курткой. А потом пригласила их следовать за собой и, широко шагая, повела их обратно вглубь переулка, чтобы тени скрыли их от посторонних глаз. – Неужели парень может быть одновременно и красивым, и умным?

Ио уставилась на подругу.

Эдей пробормотал:

– Ио, что происходит?

– Эдей, познакомься с моей подругой Розой Сантос. Роза, это Эдей. Вы уже встречались прошлой ночью, на той самой доске, но тогда момент для знакомства был неподходящий: она ведь пыталась нас убить и все такое. – Ио тоже умела играть с чувством вины.

– Я уже дважды поймала тебя, в то время как ты шастаешь там, где тебе быть не следует, – сказала Роза.

– Мы работаем над делом.

– И это дело требует проникновения на презентацию Инициативы Сен-Ива и удержания нити его начальника службы безопасности? Боги, да вы выбились в люди. – Роза поиграла бровями. – Плохая новость: вы вели себя неосторожно. Вас заметили в Театро – и теперь Арис Лефтериу и его команда ищут вас по всему зданию.

– Откуда ты знаешь?

– А ты как думаешь? Я в его команде, тупица.

Ио уже приготовила для своей подруги остроумный ответ, как вдруг в конце переулка послышались голоса. Фонарь осветил три показавшихся из-за угла фигуры. Раздалось гулкое эхо шагов, застучавших по брусчатке, а затем донеслось:

– Ну и куда они пошли?

– Проверь в том переулке.

Роза схватила Ио за локоть:

– Быстрее! Сюда!