Нити ярче серебра полностью

– Если мы хотим, чтобы Инициатива имела успех, нам нужно решить классовые проблемы, – продолжил Сен-Ив сосредоточенным, прагматичным тоном бизнесмена. – Таис права: ты как раз тот человек, который на это способен. Резчица из Илов, талантливая сыщица, озабоченная благополучием общества.

– Ты могла бы доказать необходимость восстановления полицейского органа, прозрачной и справедливой оперативной группы инорожденных, – сказала Таис, подняв бровь.

– И, – добавил Сен-Ив, одарив Таис одной из своих эффектных улыбок, – мы будем счастливы видеть тебя на свадьбе в качестве подружки невесты. Осенью мы на личном примере покажем истинную ассимиляцию.

Мари хихикнула.

– Жду не дождусь, чтобы спланировать это.

Ио осеклась на полуслове: рот приоткрыт, взгляд перебегает от одного приверженца Инициативы к другому. Те улыбались – непринужденно и с теплым ожиданием. Как будто все это: извиниться перед ней за нападение, прочитать лекцию о равенстве, предложить работу и пригласить на свадьбу – причем в течение двух минут – было совершенно нормально. Как и отнестись к этому настолько буднично, словно они и представить не могут, что Ио откажется. Словно она уже была одной из них.

Она заерзала на скамейке, ощущая острый дискомфорт. Разговор перетек в другое русло: Ио чувствовала, что ее оценивают. Как будто эти люди обернули ее вполне оправданный гнев в свою пользу, извратили в нечто такое, что смогут использовать в своей кампании. Это было знакомство с их убеждениями: социальное равенство, прогресс, мораль. Сколько раз Ио слышала, как Таис рассуждала об этих самых идеалах? Тогда это казалось ей чем-то благородным, но сейчас звучало по-детски наивно.

«При первых признаках неприятностей, – вспомнила она слова Эдея, – делаем ноги».

Эдея, который скоро закончит работу. Который придет за ней. Который обещал раскрыть это дело вместе с ней. Который заставлял ее почувствовать, что она наконец-то снова может дышать.

– Уже поздно, – сказала Ио через мгновение, глядя на свои ладони. – Мне пора домой.

Рука ее сестры протянулась через стол, задевая чашки и сминая льняную скатерть.

– Подожди, Ио, не уходи.

Ио остановилась, как всегда не в силах отказать Таис.

Та повернулась к своему жениху:

– Моя сестра нашла улики, связывающие Инициативу с душительницами из Илов. Личные дела этих женщин были изъяты из публичного реестра. Это наши добровольцы. Жертвы – обвиняемые по делам, которые ты, Люк, проиграл. Ио считает, что ты опасен, и я не отпущу ее, пока ты не докажешь, что она неправа.

Последовала ужасающая тишина. Четыре пары глаз пригвоздили Ио к месту, на лицах – искреннее удивление. Она не могла поверить, что сестра с ней так поступила, но это было вполне в духе Таис – прямолинейно, неумолимо, бессердечно: даже странно, что она не сказала всего этого раньше.

Сен-Ив потер рукой подбородок.

– Нам известно о связи этих женщин с нашей Инициативой. Арис как раз занимается выяснением этого вопроса. Пока что мы считаем, что кто-то нацелился на этих женщин именно потому, что они работали с нами. Я принял осознанное решение изъять все записи об инорожденных из публичного реестра, чтобы предотвратить волну насилия против инорожденных, особенно резчиц. То же самое касается судебного преследования жертв: я знал, что это будет истолковано неверно. Я проиграл бесчисленное количество дел против выходцев из Илов, и если бы я послал наемных убийц за каждым из них, то на улицах Аланте развернулась бы настоящая бойня.

Последняя фраза показалась Ио демонстрацией силы, и это ей совсем не понравилось.

– Тебя наняла Бьянка Росси, не так ли? – продолжил Сен-Ив, обращаясь к Ио. – Она когда-нибудь говорила, что я хотел сотрудничать с ней? Я не дурак и представляю, что она значит для Илов. Героиня, покончившая с Бунтами лунного заката! – Он сказал это с искренним восхищением, что удивило Ио. – Я понимал, что если избавлюсь от нее, то потеряю Илы, а если я потеряю Илы, то потеряю инорожденных. Поэтому около трех месяцев назад я пришел к ней с предложением узаконить ее правление: дать ей официальную власть над Илами, предоставив место в моем городском совете, сделать ее одной из соосновательниц Инициативы, если она согласится с нашими принципами. Знаешь, что она ответила? «Зачем становиться ладьей, если можно быть королевой?» Я не причастен к этим убийствам, – твердо заявил Сен-Ив. – Наоборот, я крайне заинтересован в их раскрытии. Настолько, что даже решил не предпринимать никаких действий против тех, кто на днях ворвался в мой офис, вторгся на мое собрание и, как я полагаю, в настоящее время незаконно находится на Холме, потому что считаю, что эти люди необходимы для выяснения всей правды.

Он ей угрожает. Он на самом деле ей угрожает.