— Милене рассказали о её происхождении, — произнёс Анхель, появившись в комнате Ванхама. — С ней-то что делать собираешься? — поинтересовался падший, кивнув на Николь, лежащую без сознания у Винсента на кровати.
— Пока не знаю. Может, отдать её Филиппу? Как думаешь? Одна подруга Милены уже побывала у него, так почему же и второй не погостить у наркодиллера? Думаю, сам Филипп будет очень даже не против. А может, мне самому с ней развлечься?
— Чем эта девчонка тебе так не угодила? — с интересом спросил Анхель.
— Чем? Да, в общем-то, всем. Терпеть не могу девочек, не знающих ничего о реальном мире и которые думают, что абсолютно со всеми можно договориться по-доброму. Эта наивность просто выводит из себя!
— А ещё — она подруга Милены, верно? Вряд ли бы ты обратил на неё внимание, если бы это было не так.
— Возможно, — не стал отрицать Винсент. — К тому же, мне хочется, чтобы Милена страдала. Хочу видеть её плачущее лицо, когда она узнает, что и вторая её подруга пострадала от рук какого-то извращенца. А если она ещё узнает, что это, косвенно, её вина… это, вообще, будет прекрасно!
— Я тебя не понимаю, — покачал головой Анхель. — Ты говорил, что Милена принадлежит тебе. Так в чём смысл причинять вред своей же собственности?
— Удивительно, что именно ты этого не понимаешь, — усмехнулся парень. — Ведь ты сам не лучше меня. Вспомни, как ты обращался со своей Шисуной. Тебе же было абсолютно плевать на её собственной мнение. Ты держал её при себе, подчинил её…
— Да, но умышленно я не заставлял её страдать.
— Умышленно, не умышленно… какая, в сущности, разница? Кроме того, Милена так красива, когда плачет! И Милена, в какой-то мере, заслужила того, чтобы её близкие и она сама страдали.
— Что ты имеешь в виду?
— Она сама виновата во всём, что происходит с ней. Ведь, с одной стороны, я обожаю Милену, но с другой… я ненавижу Адалиссу.
— Адалиссу? А это ещё кто?
— Для тебя это не имеет значения, Анхель, — сказал Винсент. — Ты, всё равно, скоро покинешь мир людей.
— В этом ты прав, но… Мне, всё-таки, интересно, что ты сделаешь с этой Николь?
— Не слишком ли сильно тебя волнует её судьба? Ты, тот, кто проклял многие поколения людей и, вдруг, печёшься о девчонке, которую ты даже не знаешь? Или всё дело в Милене? Анхель, я вызвал тебя, чтобы ты защищал Бэлоу, а не для того, чтобы ты влюблялся в неё!
— А кто говорит о влюблённости? — презрительно хмыкнул Анхель. — Здесь ничего такого нет. Просто… тебе самому-то не кажется, что у Милены, в последнее время, и так много стрессов? Ещё один серьёзный и ты лишишься своей игрушки. Психика людей, знаешь ли, очень ранима. Потом будешь её в комнате с мягкими стенами навещать.
— Хм, доля истины в твоих словах есть, — задумчиво протянул Ванхам. — Ладно, оставлю пока эту девчонку при себе. А ты возвращайся к своим должностным обязанностям. А то Милена сейчас к Макфеям пойдёт, а там всякое может случиться.
— Я могу обойтись и без твоих напоминаний, — спокойно сказал падший и ушёл.
— Что-то наглеешь ты, Анхель, в последнее время, — сказал Винсент самому себе. — Похоже, Милена дурно на тебя влияет.
— Где я? — слабо произнесла, пришедшая в себя, Николь.
— О, очнулась, наконец-то.
— Винсент? Что произошло? Я помню, как мы гуляли по улице и… больше ничего.
— Ну, во-первых, ты в моей комнате, а во-вторых… слушай, а ты, правда, всех, кто тебе улыбается и говорит только хорошие слова, считаешь своими друзьями?
— Ты о чём? — с удивлением посмотрела на парня Николь.
— Ты, правда, считаешь меня своим другом?
— Я тебя не понимаю, Винсент, — покачала головой девушка. — Что ты хочешь мне сказать? Я уверена, что ты — мой друг. Ну, во всяком случае, хороший знакомый. А теперь, может, ты мне скажешь, наконец, что со мной случилось?
— М-да, а ты и, правда, наивная идиотка, — усмехнулся Винсент. — Мне даже немного жаль, что придётся разрушить твои иллюзии. Ты потеряла сознание благодаря мне и здесь, разумеется, ты тоже оказалась не без моей помощи. Понимаешь, Николь… ты — интересная игрушка и не более того. А в данный момент решается твоя дальнейшая судьба. Я думаю — отдать тебя в руки бандитам или самому что-нибудь с тобой сделать, а? Как думаешь?
— Хватит шутить, Винсент! — натянуто улыбнулась Барстоу. — Это не смешно! Говори, что было на самом деле!
