Нити судьбы полностью

«Я отделалась лёгким испугом, — шла я к целителю в ту сторону, куда показал Кай. — Я думала, что за то, что я натворила, Кай меня, вообще, закопает. А, может, он меня просто пожалел. Вроде как, и так много навалилось. Чёрт, чувствую себя такой беспомощной! Много чего теперь знаю, но, всё равно, сделать ничего не могу! Но, вместе со всеми этими знаниями, я не понимаю, как, всё-таки, моя мать смогла забеременеть от демона? И почему у меня, в лаборатории Деланье, были разные крылья?! Хотя, по сути, единственное, что должно меня сейчас волновать — это то, что угрожает моей жизни, то есть кровь демона. Но, у меня так много проблем, что думать о чём-то одном невозможно!».

Я, на удивление, быстро нашла комнату целителя. Сообщив ему, что я от Кая, я быстро получила помощь. Буквально за секунду мои синяки и ссадины зажили, не оставив ни малейшего следа. Мне убрали даже последствия похмелья и рану на запястье, которую оставил Лекс. Поблагодарив целителя, я вышла в коридор и собралась возвращаться в свою комнату, но здесь неожиданно наткнулась на Лави.

— Милена, я тебя искала! — сказала Лейк, увидев меня. — Мне Кайома сказал, что ты пошла к целителю. С тобой что-то случилось?

— Ничего страшного, — ответила я. — Упала просто, синяков себе понаставила и руки исцарапала. А зачем ты меня искала?

— Я Николь найти не могу, — сообщила девушка. — Я уже везде, где можно, её искала. Я сегодня узнала, что Николь вернулась в «Шисуну» от родителей и захотела её увидеть, но… её нет нигде. Я уже начинаю волноваться.

— Может, она вернулась к родителям? — предположила я, но сердце предательски сжалось от страха, в предчувствии, что что-то могло случиться.

— Нет, не может, — помотала головой Лави. — Мы с Николь уже давно дружим. У меня есть домашний телефон её родителей. Я им уже позвонила и мне сказали, что родители Николь за границей и вернутся ещё не скоро. Соответственно, Николь нечего делать дома. Потому-то она в «Шисуну» и вернулась. Всех наших общих знакомых я уже навестила и никто ничего не знает. Но, один из них мне сказал, что Николь куда-то ходила с Винсентом. Вот я сейчас и хочу к нему сходить. Ты, ведь, пойдёшь со мной?

— А ты сама… — начала я, но Лави меня перебила:

— Прости, я не могу одна идти к нему. Да, Винсент — мой друг, но… он мужчина. Ты понимаешь?

— Да, — со вздохом ответила я. — Я иду с тобой.

«Исчезнет ли когда-нибудь страх Лави перед противоположным полом? — размышляла я, идя вместе с подругой к своему бывшему парню. — Сможет ли она когда-нибудь оправиться до конца? Не берусь судить. После того, что с ней случилось… все те зверства, что с ней вытворяли… Я удивляюсь, как она, вообще, с мужчинами в одной комнате-то находиться может! Блин, а мы же ещё к Винсенту идём! Конечно, мы с ним расстались спокойно — без скандалов и обвинений. Но мне, всё равно, как-то не по себе. Но, Николь найти надо. Я теперь, наверное, каждый раз буду впадать в панику, когда кто-то куда-то будет пропадать, хотя бы, ненадолго».

— Винсент, к тебе можно? — я первая зашла в комнату, которая оказалась открыта.

Зайти-то я — зашла, но на пороге и замерла. Нет, никакой интимной сцены мы не застали, но… Вид Винсента меня шокировал, если не испугал! Во-первых, по пояс он был обнажён. Нет, ну это-то, как раз, фигня, хотя, про себя я и отметила, что он был хорош. Шокировало меня другое. Его правая рука была рассечена чем-то острым, образовывая глубокий ровный разрез, из которого текла кровь. И ещё… такого выражения лица у Винсента я никогда не видела. Казалось, что сама рана его не очень-то и волнует — не было и намёка на то, что ему больно. В глазах была только злость! Не просто злость — ярость! И было в этих эмоциях что-то тёмное, зловещее… В общем, я не знаю, как объяснить это словами, но мне это, явно, не понравилось.

— Винсент, что… у тебя произошло?! — изумлённо воскликнула я.