Нити судьбы полностью

— Ты-то как оказался в комнате Винсента в столь нужный момент? — спросила я, тем не менее, немного успокаиваясь (всё-таки, близость рядом с тобой человека, говорящего успокаивающие слова, пусть этот человек и убийца, оказывает некоторое влияние).

— Меня же нанял твой отец для твоей защиты. А какой из меня был бы телохранитель, если бы в момент опасности меня бы не было рядом?

— Ты ушёл от ответа, — сказала я, сбрасывая его руки с плеч (это было не сложно, так как Лекс меня не удерживал). — Но я, всё равно, благодарна тебе за спасение. Ты даже не представляешь, насколько, я тебе благодарна! Но, меня кое-что удивило.

— Что именно?

— Твоё поведение. Ты, обычно, спокоен, как удав, даже когда убиваешь кого-то. А тут… ты, на самом деле, был очень зол. Из-за чего?

— Тебя это волнует?

— Нет, просто… ты, как будто, снял с себя маску равнодушия. Как, в общем-то, и Винсент… снял с себя маску. Как он мог?! Он мне казался просто идеалом!

— Слышала когда-нибудь такое выражение, как: «Все мы носим маски»? Фраза, до нельзя, банальная, но, как ни странно, правдивая. Причём, ко всем.

— Такие речи от тебя, Лекс? Это что-то новое.

— Наверное, это ты на меня дурно влияешь, — усмехнулся Мейснер. — Интересно… А ты заставишь меня снять мою маску? Или я заставлю тебя снять твою? Будет интересно посмотреть, что под ней скрыто… Надеюсь, ты не разочаруешь меня, Милена.

В последних словах мне послышалась какая-то скрытая угроза. Я обернулась к нему, чтобы сказать что-нибудь резкое, но… Лекса уже не было.

«К чему, вообще, был весь этот разговор? Не понимаю. Похоже, не зря Лекса целый год в психиатрической больнице продержали. Чёрт, я же совсем забыла спросить про Николь! Хотя, кто может меня в этом винить? Когда тебя чуть ли не изнасиловали, спрашивать о чём-то желания как-то не возникает. Будем надеяться, что Николь сама найдётся. Если же нет… В противном случае, мне придётся спрашивать у Винсента. Но, я теперь, как и Лави, одна к нему пойти не смогу. Наверное, возьму с собой Лекса. Или Кая. Кстати, о Кае. Это же его голос привёл меня в чувство. Он, на самом деле связывался со мной телепатически или это просто у моего мозга сработал защитный механизм, который выразился в таком способе меня спасти?».

Кай разговаривал с каким-то незнакомым мне мужчиной, когда я вернулась.

Это был мужчина, лет двадцати восьми. Его не слишком длинные волосы были чёрными (что-то везло мне в последнее время на брюнетов). Глаза светло-серые, почти прозрачные, неприятные. Одет был по-деловому.

— Знакомься, Милена. Это — Натаниэль Гредман, — представил Кай мужчину. — Он — старший брат Лавинии Лейк.

— Старший брат Лави? — удивилась я. — Она мне не говорила, что у неё есть брат. Да и ваша фамилия…

— У нас разные отцы и одна мать, — заговорил Натаниэль. — И Лавиния… она старается, чтобы никто не узнал о нашей родственной связи.

— Но, почему? — спросила я. — Только из-за того, что у вас разные отцы? Не понимаю…

— Дело не в этом. Лейк не хочет, чтобы люди знали о том, что её брат — глава организации, которая не совсем в ладах с законом, — за Гредмана ответил Макфей.

— Что? Брат Лави связан с криминалом?! — «Да что ж мне так „везёт-то“ на этот грёбанный криминал? Это карма. Точно — она!». — Но, тогда как так вышло, что Филипп и его люди её… эм… — запнулась я.

— Я знаю, что случилось с моей сестрой, — вновь заговорил Натаниэль. — Именно поэтому я здесь. Филипп притронулся к Лавинии только потому, что, как и вы, не знал о том, что я — её старший брат.

— Если бы Филипп знал о связи Лейк с семьёй Гредманов — он бы к ней и на пять метров не приблизился, что бы она там не увидела и не узнала, — сказал Кай. — Но… из-за того, что девушка пытается полностью отрицать существование мафии в её семье — это и случилось.

— И что вы теперь будете делать? — поинтересовалась я у Натаниэля.

— Филиппу и его людям не жить, — просто ответил мужчина (с таким же выражением сообщают погоду на завтра). — А вам, Милена, я хочу выразить свою благодарность за спасение сестры. Если бы не вы, кто знает, чем бы всё закончилось. Я перед вами в огромном долгу. Если есть что-то, чего вы хотите и это в моих силах — просите всё, что угодно.