Нити судьбы полностью

Вспышки воспоминаний пронзили сознание Адалиссы. Но, это были не её воспоминания — это были воспоминания Милены. Милена сейчас видела… видела свои воспоминания. И это были отнюдь не те видения в Зельтире, за которыми наблюдаешь, как в кино, со стороны. Милена, действительно, вспомнила. Конечно, не всё. Она вспомнила лишь моменты, связанные с Мишелем, но… сейчас и этого было достаточно. Мишель… Мальчик, с которым Милена подружилась, будучи маленькой. Её первый и единственный друг в то время. Он был сыном одной из служанок, работающих в доме Деланье. Ну, а потом он стал подопытным кроликом для учёных, которых спонсировал Виктор Деланье. И вот, все те эмоции, все те чувства… одиночество, безысходность, беспомощность, чувство вины, непонимание, боль…. все нахлынули на Милену в одну секунду! Картины прошлого впечатывались в сознание, заменяя собой ненастоящие фальшивые воспоминания.

— Даже несмотря на то, что ты вспомнила его, — тихо заговорила Адалисса. — Это, всё равно, ничего не изменит. Он — монстр. Он уже никогда не станет человеком вновь. Так что, чтобы ты там не говорила, я не могу оставить его в живых.

— Нет, Адалисса! Пожалуйста, не надо!

Но Адалисса Милену больше слушать не стала. Одно быстрое движение — и она уже рядом с тем, кого когда-то звали Мишелем. Одно прикосновение её руки к чешуе монстра и…с ним начало твориться что-то невообразимое! Белая чешуя почернела, стала просто кусками отваливаться, обнажая красную плоть. Чудовище взвыло, упало на спину и начало кататься по полу, как будто пытаясь что-то с себя сбросить. Он раздирал когтями свою собственную морду до крови, пытался зубами схватить кого-то, видимого ему одному, но лишь безуспешно клацал клыками по воздуху.

Через какое-то время от чешуи ничего не осталось. Монстр превратился в сплошной красный кусок мяса, которое ещё продолжало хрипеть и скулить, в безуспешной попытке как-то остановить эту агонию. Холодные же глаза Адалиссы просто смотрели и ждали, когда, наконец, смерть заберёт это несчастное создание.

— Что… что ты с ним сделала?! — даже то, что голос Милены передавался телепатически — это не могло скрыть всего того ужаса и страха, которые она сейчас испытывала, смотря на то, как умирает мальчик, которого она только сейчас вспомнила.

— Я его прокляла, — ответила Адалисса. — Вот и всё.

— Прокляла?!

— Да. Теперь оно не представляет никакой опасности, так как с минуты на минуту оно умрёт.

Адалисса оказалась права. Совсем скоро существо дёрнулось последний раз и затихло уже навсегда.

— Зачем? Зачем?! Должен был быть другой выход!

— Нет, Милена. Другого выхода не было. Оно должно было умереть.

— Оно?! — поражённо переспросила Милена. — Мишель — не оно! Ты ничего не понимаешь! Он — мой друг! Друг, которого я обещала спасти!

— Милена, это существо уже не имеет ничего общего с твоим другом, — с жалостью в голосе сказала Адалисса. — Всё, что оно могло — это выполнять приказы и убивать. Мишель давно мёртв, Милена. Он умер в тот день, когда его превратили в это. А теперь, спи.

— Что ты… — начала Милена, но не успела договорить — Адалисса, силой мысли, заставила её сознание уснуть.

Адалисса же сходила к Лексу и сказала ему позаботиться о том, что осталось от чешуйчатого существа.

«Как бы грустно это не было, но Милене придётся смириться с тем, что спасти Мишеля не было возможности, — подумала Адалисса. — Конечно, то, что к ней вернулись воспоминания об этом мальчике именно в этот момент… неприятно, но что делать? Не могла же я из-за этого подвергать нас опасности. Но, когда Милена придёт в себя, желательно, чтобы с ней рядом находился Макфей. Думаю, если он будет рядом, то Милене будет проще принять смерть Мишеля. Но, для начала, мне нужно навестить Винсента Ванхама. Может, если я увижу его лично, то пойму, почему Саварис сказал, что я его знаю».

Найдя комнату Винсента, Адалисса дёрнула ручку двери — она оказалась незапертой. А самого Винсента она обнаружила сидящим в кресле.

— Привет, Винсент.

Судя по ошарашенному виду Винсента, гостей он не ждал. А таких — тем более. Но, от шока оправился парень быстро.

— Давно не виделись, Адалисса, — криво усмехнулся он.

Теперь настал черёд удивляться Адалиссе:

— Откуда ты меня знаешь?