К этому времени Функ все меньше занимался делами, однако сколотил крупное состояние. По предложению Отто Фишера Имперская группа банков передала Функу в дар загородное поместье стоимостью 300 тысяч рейхсмарок, затем он получил от государства 1,5 миллиона рейхсмарок на покупку и ремонт своей виллы в Берлине-Ванзее. Там были бассейн, бомбоубежище, зал для приемов, столовая с шестью буфетными, 50 стульями и серебряными столовыми приборами на 60 человек, зимний сад с множеством мягкой мебели, со вкусом обставленный музыкальный салон и два винных погреба. В 1943 году Функ получил еще одно пожертвование в 520 тысяч рейхсмарок. Он построил за 400 тысяч рейхсмарок роскошный дом в Берхтесгадене и имел возможность вести спокойную обеспеченную жизнь. Кроме того, современники отмечали, что у него было и еще одно общеизвестное «достоинство» – он мог перепить, не пьянея, практически любого.
Несмотря на все вышесказанное, Гитлер в своем «Политическом завещании» включил Функа в состав будущего кабинета Карла Дёница в качестве все того же министра экономики, однако Дёниц счел за благо от его услуг отказаться. Впрочем, Функ особо на пост и не претендовал. 11 мая 1945 года он был арестован американскими войсками в Рурской области и отправлен в лагерь № 32 в Бад-Мондорфе, откуда вместе с другими отбыл 12 августа в Нюрнберг.
Появление на скамье подсудимых Ялмара Шахта можно рассматривать как пиррову победу СССР. С одной стороны, перед судом предстал один из крупнейших финансистов Германии (и мира), «слуга международного капитала», с другой – его вчистую оправдали, подтвердив, что все принятые им (и германской промышленностью) меры по вооружению Германии были абсолютно законны. То, что будет сделано все, чтобы вывести промышленников и финансистов из-под удара, было ясно и до начала процесса: тем более что союзные нам державы, которых представляли члены трибунала, успешно и взаимовыгодно сотрудничали с Германией в области экономики вплоть до начала Второй мировой войны. А Шахта еще до войны во всем мире печать называла финансовым гением, или, точнее, – чародеем. Сталин вывел Шахта на процесс, рассчитывая, что все подсудимые будут осуждены априори и СССР получит в руки козырную карту в антикапиталистической борьбе. Но как это часто бывало, он ошибся и члену Трибунала от СССР пришлось формулировать «особое мнение».
Ялмар Орас (Гораций) Грили Шахт (Schacht) родился 22 января 1877 года в Тинглеффе, в Северном Шлезвиге[123]. Его отец Вильям Шахт (1845–1928) был вполне преуспевающим, но не очень удачливым и состоятельным торговцем. В 1869 году он эмигрировал в США и получил там американское гражданство, но что-то пошло не так, и в 1876 году он вернулся в Германию. По матери Шахт происходил из дворянской семьи – ее звали баронесса Констанс фон Эггерс (1850–1936). Своими довольно странными именами Шахт обязан предпочтениям родителей: если с Ялмаром все ясно – это датское имя, то выбор отцом двух других довольно странен. Орас Грили (1811–1872) – так звали довольно эксцентричного американского журналиста и политика, которого в 1872 году выдвинули кандидатом в президенты сразу Либерально-республиканская и Демократическая партии, однако во время выборов он впал в безумие и умер сразу после них.
По семейной традиции Ялмару было уготовано заниматься бизнесом. После окончания школы (1895 год), он изучал медицину и германистику в Кильском университете, а с 3-го семестра – политэкономию в Мюнхенском, Берлинском и Лейпцигском университетах, а также в Сорбонне (Париж). Уже во время учебы он проявил недюжинные таланты, причем его специализация была прежде всего финансы и финансовое регулирования (хотя Шахт был разносторонним экономистом). Летом 1898 года он уехал в Киль и завершил там обучение, а в 1900 году после защиты диссертации по теории английского меркантилизма получил степень доктора философии.
В 1900 году Шахт начал трудовую деятельность ассистентом в Центральной службе подготовки коммерческих контрактов (Zentralstelle zur Vorbereitung von Handelsverträgen), а 1901–1903 году управлял делами Союза коммерческих контрактов (Handelsvertrag-Verein). В 1903 году молодой клерк был принят на должность архивариуса в один из ведущих банков Германии –
