Итак, расскажем об адвокатах Нюрнбергского процесса. Поскольку «подсудимым № 1» на процессе был, конечно же, Герман Геринг, его адвокату – доктору Отто Францу Вальтеру Штамеру (Stahmer; 1879–1968) – было предначертано занять первое место среди защитников. Как писал А. И. Полторак: «“Последняя линия нацистской обороны”, как остроумно окрестили нюрнбергскую защиту советские карикатуристы Кукрыниксы, действовала очень решительно. Идейным ее руководителем стал адвокат Геринга доктор Штамер». Самого адвоката Полторак описывал следующим образом: «Защитник Геринга доктор Отто Штамер принадлежал, скорее, к числу цивилистов, чем криминалистов. Вся его деятельность в прошлом была связана с ведением крупнейших международных патентных процессов. Но и он, несомненно, являлся весьма опытным буржуазным адвокатом». Он родился в Альтоне близ Гамбурга, изучал юриспруденцию в Тюбингенском, Берлинском и Кильском университетах, в 1902–1906 годах прошел стажировку в одном из подразделений Высшего земельного суда в Киле и в 1903 году защитил докторскую диссертацию в Ростокском университете. С марта 1907 года Штамер работал адвокатом при Высшем земельном суде в Киле, причем с ноября 1923 года получил также право заниматься нотариальной деятельностью. При подготовке Нюрнбергского процесса Геринг выбрал именно его, по общепринятой версии, свой выбор бывший «наци № 2» сделал потому, что из всего представленного ему списка Штамер был единственным, имя которого тот ранее слышал. С 1945 года Штамер являлся президентом Коллегии адвокатов земли Шлезвиг-Гольштейн. Он умер в Киле в возрасте 88 лет.
Рудольф Гесс вообще был крайне тяжелым подзащитным, тем более что у него не сложились отношения с его первым адвокатом доктором Гюнтером фон Роршейдтом (Rohrscheidt). Поскольку с самого начала процесса Гесс демонстрировал явные признаки амнезии – потери памяти – и было абсолютно неясно, реально ли у него что-то разладилось с головой или же он симулировал расстройство, перед адвокатом стала задача убедить Трибунал в том, что его подзащитный не может быть судим по состоянию здоровья. Причем сам адвокат считал, что ему это не удастся и максимум, на что можно надеяться, так это отложить рассмотрение дела и тем самым вывести Гесса из «Большого Нюрнберга». «Я как защитник лично пришел к выводу, как на основании изучения этих материалов, так и в связи с тем, что я сам знаю из моего личного опыта, полученного в беседах с обвиняемым Гессом, что состояние обвиняемого Гесса не позволяет ему участвовать в данном процессе», – официально заявил фон Роршейдт. Свои трудности защитник указал в ходатайстве о проведении независимой экспертизы состояния Гесса: «Обвиняемый не в состоянии предоставить своему адвокату какую-либо информацию относительно преступлений, вменяемых ему в обвинительном заключении». В обще комиссии установили, что Гесс дееспособен, Роршейдт пытался утверждать обратное, а тут еще Гесс заявил, что действия защитника против его воли – он абсолютно дееспособен. В конце концов Гесс направил Трибуналу письмо (о нем объявлено 30 января 1946 года) с просьбой отстранить защитника, услугами которого он не удовлетворен, и разрешить ему представлять свои интересы самостоятельно. Тем более что за несколько дней до этого (23 января) фон Роршейдт попал в аварию и сломал ногу.
Конечно, доверять якобы пришедшему в себя Гессу его же защиту никакой суд не согласился бы. Трибунал вопрос рассмотрел и 30 января поручил защитнику Германа Геринга доктору Штамера (см. о нем выше) «представлять подсудимого Гесса». Назначение было неудачным – у Штамера подсудимый был также слишком сложный и времени на двоих у него не было. В связи с этим 5 февраля 1946 года защиту Гесса передали Альфреду Зейдлю – он представлял интересы Ганса Франка, с которым проблем было значительно меньше ввиду его полного раскаяния.
