Уроженец Эрфурта, 19-летний немецкий еврей Гейнц (Генрих) Мейерхоф (1914—?) бежал из нацистской Германии после прихода нацистов к власти. Оказавшись во Франции, он изменил имя на Анри МОННЕРЕЙ (Monneray). В Париже он получил юридическое образование, а после поражения Франции бежал на юг и был вынужден перейти на нелегальное положение: в случае его обнаружения ему, как бежавшему из Германии еврею, как минимум, грозил концлагерь. Обосновавшись в Табре, Моннерей был одним из организаторов сети контрабандистов, которые нелегально переправляли в Северную Африку оказавшихся на юге Франции летчиков Союзников. После Нюрнбергского процесса он работал адвокатом в Париже, а в конце 1940-х годов опубликовал два тома документов (составленных на основе материалов Нюрнбергского процесса) о преследованиях евреев во время Второй мировой войны[40].
Один из тех, кто не попал в «советский» список французской делегации, Жан-Жак ЛАНУАР (Lanoire) был сотрудником созданной в конце 1944 года Службы по расследованию военных преступлений противника (SRCGE), причем после процесса вернулся туда к исполнению своих обязанностей.
Из списка также выпала единственная женщина – помощник главного обвинителя не только во французской делегации, но и вообще на Нюрнбергском процессе. Алин ШАЛЮФУР (Chalufour); (1899–1989) родилась в Дьеппе, но выросла в Париже. Она получила юридическое образование, защитила диссертацию и в 1927 году стала шестой в истории Франции женщиной, получившей степень доктора права. Однако в то время женщина во Франции не могла претендовать на должность судьи или прокурора, поэтому она поехала в США, а затем в Канаду, где начала работать в специализированных юридических изданиях. Она примкнула к движению «Свободная Франция» и в 1942–1944 годах работала в его представительстве в Оттаве. В Нюрнберге она являлась руководителем отдела документации французской делегации, по сути была администратором офиса. После окончания Нюрнбергского процесса Шалюфур осталась в Германии: ей было поручено представлять Францию на процессе Британского военного трибунала в Гамбурге по делу о сотрудниках концентрационного лагеря Равенсбрюк (декабрь 1946 – февраль 1947 года): она свободно владела английским и приобрела необходимый опыт в Нюрнберге. После этого процесса она оставалась в Германии еще два года, а по возвращении на родину в 1949 году получила должность судьи по делам несовершеннолетних – считалось, что это «традиционно женская должность». В конце концов в декабре 1966 года он подала в отставку.
Несмотря на тщательный подбор кандидатов в состав французского обвинения, все же французам не удалось избежать скандала, который оказался связан с именем еще одного помощника главного обвинителя – Анри ДЕЛЬПЕША (Delpech). На процессе он в январе 1946 года представил доклад о разграблении нацистами Бельгии и Люксембурга. Буквально на следующий день несколько человек – бывших французских военнослужащих, вместе с которыми Дельпеш в июне 1940 года оказался в немецком плену, – сделали заявление, что выступивший на процессе мэтр в плену принадлежал к кружку сторонников маршала Петена. Министерство юстиции Франции панически боялось подобных эксцессов и старалось любой ценой избежать публичных скандалов, которые могли навредить имиджу Франции. 22 января министр юстиции Пьер-Анри Тежен немедленно позвонил Шампетье де Рибу и в устной форме категорически запретил выступать Дельпешу. Причем тот как раз во второй половине дня должен был выступать перед трибуналом и представить факты о грабеже нацистами произведений искусства. Выступление отменили: Шарль Жертоффер сообщил суду, что французская делегация решила отменить выступление, чтобы сэкономить время и ускорить ход процесса… Дельпеш был срочно вызван в Париж, где ему сообщили о его исключении из состава делегации. Впрочем, никаких последствий данный скандал для карьеры Дельпеша не имел, уже в марте 1946 года он стал сотрудником работавшей в Берлине Консультативной комиссии по возмещению ущерба и репарациям, а позже, по возвращении во Францию, приступил к обязанностям прокурора в Обюссоне.
