На следующий день германские полицейские снова пришли за ним в камеру, где он провел всю ночь в агонии, и схватили его, когда он был еще жив. Его бросили на дороге в одном километре от небольшой деревни Периган-ле-Сарлив для того, чтобы создать впечатление несчастного случая. Позже его тело было подобрано. Вскрытие обнаружило, что грудная клетка была совершенно раздавлена, во многих местах сломаны ребра, было обнаружено прободение легких и перелом позвоночного столба; нижняя челюсть была разбита, и ткани головы отстали.
Мы все знаем, что некоторые французы-предатели участвовали в арестах и помогали гестапо вымогать показания, действуя по приказанию германских офицеров. Один из этих предателей, арестованный по освобождении нашей страны, описал, как жестоко обращались с майором Мадлин. Этого предателя зовут Верньер. Мы зачитаем вам выдержку из его показаний:
«Его били резиновыми палками, плетьми из бычьих жил, били по ногтям, давили пальцы, заставляли ходить голыми ногами по кнопкам, обжигали папиросами. В конце концов, избитого его повели в камеру. Он был при смерти».
Майор Мадлин не был единственной жертвой этого жестокого обращения, в котором участвовали многочисленные офицеры гестапо. Следствие обнаружило, что «12 известных лиц умерли от пыток в гестапо Клермон-Феррана, что женщин раздевали, били, а затем насиловали».
Это систематическое обращение к одним и тем же преступным приемам для того, чтобы добиться единственной цели — терроризировать население, не является поступком какого-нибудь одного второстепенного начальника, распоряжавшегося только в нашей стране, о чем не знает его правительство или генеральный штаб армии. Обнаруживается, что те же самые ужасные пытки и зверства систематически повторялись во всех западных странах. Если ознакомиться со способами действия германской полиции в этих странах — идет ли речь о Дании, Бельгии, Голландии или Норвегии, — везде и всегда допросы в гестапо проводились такими же зверскими приемами, с тем же нарушением прав защиты, с тем же презрением к человеческой личности.
О Дании мы приведем документ, уже представлявшийся под номером РФ-317, который является официальным докладом Датского правительства, составленным в октябре 1945 г. Мы зачитаем из него несколько строчек, которые вы найдете в небольшой книге документов, приложенной к большой книге, переданной вам сегодня утром. Нам кажется, что эти строчки полностью освещают интересующий нас вопрос. Это документ Ф-666 — выдержка из датского меморандума от октября 1945 г. в отношении главных военных немецких преступников, дело которых разбирается Международным Военным Трибуналом.
На странице 5 под заголовком «Пытки» имеется краткое резюме, в котором изложено все, что относится к этому вопросу по Дании:
«В многочисленных случаях германская полиция и ее подручные прибегали к пыткам для того, чтобы заставить захваченных ими людей признаваться или давать сведения. В большинстве случаев пытки состояли в ударах кнутом, дубинками или резиновыми палками. Использовались также гораздо более жестокие формы пыток. Некоторые из них калечили людей на всю жизнь.
Бовензипен заявил, что приказ об обращении к пыткам исходил в некоторых случаях от высших властей, даже, может быть, от Геринга, но во всяком случае от Гейдриха. В инструкциях указывалось, что к пыткам можно прибегать в тех случаях, когда нужно заставить подвергаемых пыткам лиц дать сведения, которые помогут обнаружить диверсионные организации, действующие против Германской империи, но не для того, чтобы заставить правонарушителя признаться в своих личных проступках».
Немного дальше:
«Предписываемые средства включали определенное количество ударов хлыста. Бовензипен не помнит, какое было максимальное число ударов: десять или двадцать. При этих избиениях присутствовал офицер уголовной полиции, а также, когда этого требовали обстоятельства, офицер-врач. Упомянутые выше инструкции несколько раз изменялись, и на них обращалось внимание всего состава уголовной полиции».
Датское правительство сообщает о двух особо отвратительных случаях пыток, примененных по отношению к датским патриотам — профессору Могенсу и лейтенанту Эжнару Тимроту.
Трибунал прочтет в тексте петитом заявление доктора Беста, что его официальные полномочия не разрешали ему мешать применению пыток.
В отношении Бельгии надо прежде всего напомнить о пытках, к которым прибегали в приобретшем дурную славу лагере в Бриндонке, куда были заключены сотни и тысячи бельгийских патриотов. Мы вернемся к вопросу о лагере в Бриндонке, когда будем представлять материал о концлагерях. Сегодня я зачитаю только выдержки из доклада Бельгийской комиссии по расследованию военных преступлений. Это будут точные факты, подтверждающие наши утверждения о том, что все факты жестокого обращения, в которых обвиняется гестапо во Франции, имели место также во всех оккупированных западных странах.
