Задрав мокрое лицо к небесам, я пыталась сдержать слёзы, безудержным потоком полившиеся из глаз. Больно было так, словно кто-то колючий и тяжёлый сел на меня сверху, расплющив моё тело до состояния неполной неподвижности, и тупым ножом очень медленно расковыривал дыру в солнечном сплетении. Этот кто-то сосредоточенно долбился к грудную кость, пытаясь пробить её до спины, а попутно выковыривал сердце шипастыми щупальцами. Дышать не хотелось. Но воздух рваными вдохами продирался сквозь зажатое горло к лёгким.
Прижавшись лбом к тёплому камню, я дала себе волю и завыла в голос: отчаянно, утробно, перемежая проклятья с угрозами в адрес Аиды Ведо, понимая всю бессмысленность собственной истерике. Всего случившегося можно было бы избежать, если бы…
Этих «если бы» накопилось очень много. Если бы не поехали в Джубгу, не попёрлись в море за радугой, не вписались бы за чужой мир в меру своих сил и открывшихся возможностей, не признали бы своих зверей. Да если бы я знала все с самого начала, ни за что бы не поставила драконов в Круг. А сразу бы вцепилась в не-бога демона Вритру, взрывая темницу его памяти. Думать о нем, как о возлюбленном одной из моих инкарнаций, совершенно не хотелось. Перед глазами стояла Наташка, танцующая в окружении яростно пляшущих нитей. И драконы, нанизанные мной на ленту, как бусины на ожерелье.
«Стоп! – от накрывшего видения я задохнулась. – Живые и мёртвые. Виверна – источник двух сил. А значит…» – надежда робкой змейкой скользнула в сердце, попутно откусывая чужеродные щупальца горя и латая рваную дыру в соларе.
Я прижалась всем телом к камню, вбирая в себя его мощь и силу. «Живой, – улыбнулась потрескавшимися губами. – Живой… И они живы, да? Да. Я знаю. Я чувствую» – отлипнув от стены, я развернулась лицом к тропинке и, с трудом отрывая ноги от земли, отошла на несколько шагов.
Остановилась у кромки поляны и развернулась снова к горной гряде, внимательно оглядывая каждый камушек, каждую трещину, каждую тень в поисках нелепостей, случайностей, образов. Мир в оазисе замер, наблюдая и выжидая. Воздух рябил, будто где-то рядом горел огромный костер.
Я отёрла глаза, взлохматила высохшие волосы и двинулась к завалу, решив пройти вдоль горного хребта оазиса. Сколь долго мне придется обходить по кругу, я старалась не думать. Осторожно прикасаясь к камням, я медленно шла, разглядывая каждый подозрительный выступ и углубление.
Далеко отойти мне не удалось: ветер, минуту назад бродивший неизвестно где, вернулся и задул мне в лицо. Сощурив глаза, я упрямо продолжила двигаться вперед, сопротивляясь неожиданно сильным порывам. Такое чувство, что невесть откуда взявшийся вихрь всеми силами старался повернуть меня назад.
«А почему бы и не да?» – подумалось мне, и я повернула обратно к живописному завалу камней. Чем ближе я подходила к месту, куда от водопада привела меня тропинка, тем сильнее убеждалась в своей правоте: выход спрятан именно в наваленных глыбах. К тому же и ветер перестал противно задувать в лицо, сменив гнев на милость, игриво подталкивая меня в нужном ему направлении.
– Ну, хорошо, хорошо, – проворчала я, вернувшись в исходную точку. – Дальше что? Где здесь вход в выход? – раздраженно дёрнув головой, поинтересовалась я вслух.
Голос тут же утонул в тишине, вновь накрывшей поляну. И ветра как не бывало.
– Это уже не смешно! Что происходит?! – закипая гневом, рявкнула я горам. – Что мне делать? Опять дурацкую считалочку вспомнить? Спасибо, кушали, больше не хотим! – злые слёзы брызнули из глаз, когда память подкинула воспоминание о нашей с Наташкой глупости.
Стукнув по гладкому каменному боку двумя кулаками, я уткнулась лбом в гору, пытаясь понять, какой местный леший меня водит кругами и чего от меня добивается. Никаких примет, легенд или историй, связанных с оазисом, никто из местных нам с Наташей не рассказывал, кроме той, что водопад Мироздания здесь не иссякает после Ночи полной Радуги.
«Драконы… Как мне вас не хватает… Вместе мы нашли бы выход… – упиваясь жалостью к себе, заныла я про себя. – К Аиде что ли обратиться?» – от этого предложения засосало под ложечкой: Мать Миров просто так ничего не делает. И не факт, что эта засада не её рук дело.
«Так! Хватит ныть! Встала, взяла себя в руки, сопли утёрла и вперед на баррикады! На баррикады? А не глянуть ли мне сверху что, где и когда? – с этой оптимистичной мыслью я оторвалась от горы и оглянула завал. – Пф-ф, и не на такие горки забирались», – отерев руки о штаны, я ухватилась за ближайший выступ и полезла наверх. Насыпь была не очень высокой и довольно скоро я поднялась во весь рост на камнях.
Многого я не увидела, но обнаружила, что со стороны, в которую я не пошла, упавшие камни лежат как-то странно. Если там, откуда вернул меня ветер, валуны высилась тяжелыми глыбами, то противоположный край наваленной груды сужался к земле и под конец напоминал… хвост дракона, вольготно разложенный возле подножья. И почему-то снизу эта странность не просматривалась.
