— Разведчики — это вряд ли, — сказал Казаченок. — Кто же так ведет разведку? Разведку ведут незаметно. Разведчики никогда не торопятся. А эти ребята явно спешили. Значит, никакие они не разведчики. Вопрос только в том, почему они спешили? Что их подгоняло? Или кто их подгонял?
— Ну, это как раз понятно, — сказал Дубко. — Дело, я думаю, вот в чем. Утром туристическая группа должна была отправиться в обратный путь, не так ли? Туристов, значит, должны были сосчитать, усадить в автобус и… В общем, понятно. И попробуй-ка убежать в такой ситуации! А этим четверым обязательно нужно было убежать. Так когда же, как не ночью? Утром было бы поздно. Вопрос в том, для чего им нужно было сбегать? И в каком направлении?
— Для какого-то срочного дела, для чего же еще? — пожал плечами Геннадий Рябов. — Ради которого они в здешние края и прибыли.
— И что же это за дело? — спросил Муромцев.
— Надо поразмыслить, — ответил Рябов.
— Да, надо поразмыслить, — согласился Богданов. — Но для этого нужны факты. Железобетонные, неопровержимые факты! А их у нас нет. Есть лишь предположения. Более или менее достоверные и логичные, но — предположения. Вот ведь какая интересная получается картина! Кажется, никогда еще у нас не было такой ситуации, когда в нашем распоряжении нет ни единого факта! Только догадки.
— Да и я тоже такого не припомню, — подтвердил Дубко. — Но что же поделать, если получается именно так, а не как-то иначе? Будем двигаться наугад в тумане. И двигаться мы будем, я так считаю, в сторону севера…
— Обоснуй, — сказал Георгий Малой. — Почему не на юг? Или, скажем, не на юго-восток?
— Обосновываю, — сказал Дубко. — Насколько нам известно, этих четырех людей заметили именно на северной окраине города. Так или не так?
— И так, и не так, — отозвался Степан Терко. — Так, если это те самые люди. А вот если это кто-то другой, то, может быть, и не так.
— Во всяком случае, по приметам эти люди похожи на сбежавших туристов, — сказал Дубко. — И их было именно четверо. И, кроме того, разгуливали они в городе ночью аккурат после того, как был совершен побег из гостиницы. Вряд ли все это случайные совпадения. Таких совпадений просто не бывает. Значит, это они и есть.
— Допустим, — сказал Малой. — И что же с того? Предположим, это и впрямь были они. Предположим даже, что их заметили именно на северной окраине города. Но что же им могло помешать отправиться с северной окраины на восточную? Или, скажем, на западную? А то и вовсе остаться в городе?
— В городе — это вряд ли, — не согласился Дубко. — Опасное это дело — оставаться в городе после побега. Останься они в городе, их бы обязательно нашли. Не завтра, так послезавтра. Городок небольшой, все здесь друг друга знают, а они чужие. Вот ведь даже та влюбленная парочка, которая на них наткнулась, и то с ходу определила, что они чужие. Опасно им оставаться в городе…
— Да и стоило ли убегать столь демонстративно, чтобы затаиться в городе? — поддержал Дубко Федор Соловей. — И что им тут делать? Никаких секретных объектов в городе нет.
— А вот в других городах они есть, — сказал Дубко. — И при этом ближайшие такие объекты находятся как раз к северу от Нижнего Тагила. Допустим, Нижняя Тура. Там и закрытый городок Свердловск-45, и рудники, и чего только нет. Товарищ Торгашев рассказал нам о них во всех подробностях. Так куда же должны направить свои стопы вражеские диверсанты — если, конечно, это диверсанты?
— А то кто же еще? — хмыкнул Малой. — Неужто обычные веселые путешественники? Хороши путешественники, которые прыгают по ночам со второго этажа! Да и на разведчиков они не похожи: разведчики — ребята тихие и незаметные…
— Об этом мы уже говорили, так что не будем повторяться, — напомнил Богданов. — Александр, продолжай.
— Продолжаю, — казал Дубко. — Итак, они подались на север. Допустим, в Нижнюю Туру. Чтобы проникнуть на территорию закрытого объекта Свердловск-45.
— Не так-то просто туда проникнуть, — заметил Муромцев.
— Непросто, — согласился Дубко. — Но, видимо, у них имеются какие-то лазейки…
— Или свой человек, который вхож на секретный объект, — предположил Соловей.
— Или свой человек, — согласился Дубко.
— То есть, если говорить другими словами — вражеский агент? — покрутил головой Казаченок. — Ну и ну…
— А чему ты удивляешься? — спросил Дубко. — Почему бы на таком-то объекте не быть вражескому агенту? Разве это не логично? Объект первостепенной государственной важности! Здраво рассуждая, всякие агенты должны вокруг него вертеться как мухи вокруг меда. Иного и быть не может!
— Может, ты и прав, — задумчиво произнес Казаченок. — И если ты прав, то отсюда возникает неизбежный вопрос: что им нужно на том объекте, этим сбежавшим личностям?
— Вот! — многозначительно сказал Дубко. — Кажется, мы добрались до главного! Итак, что им нужно. То, что они никакие не разведчики, а диверсанты, — это, думается, всем нам ясно. А что нужно диверсанту на секретном объекте? Устроить какую-нибудь диверсию, что же еще? Для того диверсант и существует, чтобы устраивать диверсии.
