– Я иду туда! – выпаливаю я, сама не зная, где набралась такой наглости.
– Ирис, давай сначала я отправлю своего Призрака, и к тому же мне кажется…
Губы Лорда беззвучно шевелятся, будто он подбирает слова, но его промедления мне достаточно.
– Эстеро! Жди здесь! – приказываю я, и мои губы расплываются в улыбке.
– Что? – восклицает Лорд, и я замечаю его растерянный и возмущенный тон. – Что ты сейчас сделала?
Я вижу, как он хочет сдвинуться с места, но не может.
– Я что тебе, пес, чтобы ждать? – сквозь стиснутые зубы произносит он. – Ирис… нам нужно серьезно… поговорить…
Но я отворачиваюсь и толкаю дверь в спальню принца. Пора уже разобраться, что к чему. Моя рука наливается жаром, наполняя сердце смелостью. Выставляю перед собой канделябр, словно оружие, и шагаю вперед.
От увиденного у меня отвисает челюсть.
Я еще никогда не видела принца таким… голым. Нет, на самом деле он облачен в темно-зеленый халат с золотистыми полосами, но тот так небрежно завязан, что мысли мои мгновенно путаются в голове, а щеки вспыхивают огнем. На полу возле необъятной кровати принца застыла в позе зародыша девушка в тонкой сорочке, в которой я не сразу узнаю одну из фрейлин принцессы. Как же ее зовут? Сара? Кира? Не помню. Девушка потирает шею, чуть отползает от принца. Но он делает шаг вперед и хватает ее за горло. Медовые волосы девушки рассыпаются по его руке, раздается сдавленный всхлип, будто хищник поймал мышонка.
Или это всхлипываю я? Тут же закрываю рот ладонью, но Марциан поднимает голову и устремляет на меня золотистые, как две монетки, глаза. Обычно карие, сейчас они будто светятся изнутри. Но от этого неестественного сияния мне становится не по себе. О чем я думала, когда ворвалась в покои принца?
Я вспоминаю, зачем пришла сюда, но сосредоточиться на этом очень сложно. Молли здесь нет, слышу я свой шепот.
Марциан, словно заинтересовавшись новой добычей, отбрасывает девушку в сторону и тихим, хриплым – не своим – голосом велит ей идти вон. Накинув бледно-голубой плащ из легкой шуршащей ткани, девушка проносится мимо меня.
«А ведь она сейчас увидит Призрака!» – приходит новая мысль. Да я и сама оказалась в такой неловкой ситуации. Ирис, нужно тоже развернуться и бежать. Бежать без оглядки. Вдруг Витриция как-нибудь поможет выпутаться, хотя они с братом не разлей вода…
Но я остаюсь. «Ты должна узнать про видию!» – шепчет мне настойчивый внутренний голос. И с каких это пор он стал таким назойливым? Раньше он не донимал меня своими советами.
Принц подходит ко мне неторопливо, крадучись. Замечаю, что он слегка пошатывается, а его все еще яркие глаза затянуты поволокой. Словно солнце, пробивающееся сквозь туман.
– Видия ли ко мне явилась? – срывается с губ Марциана, а мой взгляд цепляется за его губы и чуть выше – за родинку, из-за которой я провела столько бессонных ночей. – Снова видия?
Должно быть, он узнал меня. Однако его взгляд блуждает по сторонам, он не смотрит прямо.
– Скольких… я еще должен принять… из вас… видий? – говорит он, слегка путаясь в словах. Но следом трясет каштановыми волосами и обращает золотые глаза прямо на меня. – Простите, миледи. Где мои манеры?
Он разворачивается и отходит к кровати, с высокими опорами. Упирается плечом в резной столб, опускает голову, а я иду следом. Страх куда-то улетучивается.
– Ваше Высо…
Он поднимает руку, приказывая мне замолчать.
– Милорд, – вновь говорю я. – Я всего лишь хочу узнать. Где послушница, которая приходила к вам? Молли?
«Что за дерзость?» – спрашиваю я себя. Ирис, ты стоишь в покоях принца и задаешь ему любопытные вопросы. И вновь в руке странная пульсация. Похоже, камушек отвечает, что играет в этом далеко не последнюю роль.
– Молли? Та, что тряслась, как листья под дождем? Она была здесь. Но убежала, не попрощавшись… Она хотела петь и танцевать, петь и…
Марциан поднимает голову, его глаза на секунду становятся свирепыми, но через мгновение гаснут, поглощаемые туманом. Почему он так странно разговаривает?
– Убежала? – повторяю я.
Марциан берет меня за руку и неожиданно подносит мою ладонь к губам.
– Лето на исходе, но красота румяна… – выпаливает он, а я недоуменно слежу за тем, как он поднимает мою вторую руку и слегка отстраняется, обводя меня взглядом. – Разбередит все раны, все старые разломы, вспыхнет с новой силой в ночь Девы…
Неожиданно Марциан обхватывает меня за талию и наваливается всем телом. Мы неминуемо падаем на кровать. Какой же он тяжелый! А ведь и вдвое не так крепок, как Призрак!
