Подобного заявления синий дракон совершенно не ожидал. Ему просто в голову не приходило, зачем Даргонаксу может понадобиться его помощь. Да ведь он куда больше выиграет, проглотив Кейлека целиком – благо, при том, что синий не может ни пустить в ход природную магию, ни даже сменить облик, труда это не составит. Принять истинное обличье он уже втайне пробовал, и не раз, и иного объяснения неудачам, кроме стараний фантастического собеседника, не находил.
И тут Кейлеку сделалось ясно: да ведь этот Даргонакс появился на свет всего несколько дней – ну, в лучшем случае пару недель – назад!
Сколь же ужасным он станет, когда подрастет еще? Да и нужно ли ему расти дальше? И без того вон какой великан…
Не советовавший соглашаться на сделку с эльфом крови даже для виду, Крас наверняка возражал бы против подобного и сейчас, однако синий дракон сомневался, что у него вправду имеется выбор. Сюда, в яму, его затащил именно Даргонакс, и причиной тому, что он не сожрал Кейлека, подобно драконорам – чьих мертвых тел нигде поблизости не виднелось, – могло быть только одно: исполинский зверь действительно очень нуждается в нем.
Зачем? Этот вопрос пока оставался открытым…
– Да, – наконец ответил синий дракон, – я тоже думаю, что нам нужно дружить.
– Хорошо… хорошо… а друзья друзьям помогают, ведь верно? Ведь правильно?
Для существа, по всей вероятности, никогда не покидавшего этой ямы, Даргонакс уже неплохо разбирался во множестве жизненных тонкостей. Воистину, Синестра сотворила нечто ужасное!
– Да, друзья друзьям помогают, – подтвердил Кейлек. – Один другому.
– И, значит…
Тут Даргонакс осекся, а затем, к немалому изумлению Кейлека, его голос эхом зазвучал в голове.
Она идет! Молчи и не двигайся!
Донельзя удивленный способностью Даргонакса мысленно разговаривать, Кейлек, однако ж, нашел в себе силы послушаться. Спрашивать, кого загадочное существо имеет в виду, ему вовсе не требовалось. После самопожертвования Анвины Кейлек начал относиться к собственной жизни весьма и весьма беспечно, однако о чувстве долга не забывал ни на миг. Если Синестра узнает, что он остался в живых, поручение Малигоса так и останется неисполненным. Покрепче прижавшись к стене, синий дракон попробовал сотворить тот же щит, за которым прятался вместе с Красом.
Однако из этого по-прежнему ничего не вышло.
Вдруг сверху его словно бы накрыло крылом, и Кейлека окутала тень… тень, самую малость отливавшая пурпуром.
Не успел Кейлек сделать еще один вдох, как сверху раздался голос Синестры.
– Он исчез, – прошипела она, обращаясь к спутнику.
– Твой старый «друг»? – откликнулся тот знакомым голосом эльфа крови. – Из хризалунового узилища? Но это же попросту невозможно. Вот разве что… быть может, его товарищ остался жив. Быть может, он-то его и выпустил.
Кейлек поморщился, окрыленный надеждой и в то же время снедаемый нешуточным беспокойством. Разговор, как он подозревал, шел о Красе, и означал, что красному дракону каким-то образом удалось освободиться, да не откуда-нибудь – из хризалунового узилища. Это, конечно, было к лучшему, вот только ошибочное предположение Зендарина заронило в голову Синестры мысль о том, что синий остался в живых…
– Нет, этот достался на обед Даргонаксу, – откликнулась Синестра, однако в ее голосе слышался легчайший намек на сомнение. – А, кроме того, узилище было разрушено изнутри.
– О подобных подвигах я в жизни не слышал! Как ему это удалось?
– Он есть тот, кто он есть, это и помогает ему совершать невозможное! Не заблуждайся на его счет, дражайший мой Зендарин: он – единственное обстоятельство, внушающее мне тревогу.
– И, тем не менее, ты привела его сюда.
– Он появился бы в любом случае, – огрызнулась Синестра. – Он всегда появляется. Всегда во все вмешивается. Такова уж его натура. А раз так, лучший способ разделаться с ним – завлечь его сюда на моих условиях, по моему зову.
Новая пауза, а затем…
– Сейчас он, несомненно, еще слабее прежнего, и, если я хоть немного в нем разбираюсь, укроется внизу. Он знает: стремиться нужно туда. Пошли за ним свою зверушку, и…
– С радостью бы, повелительница, но эта проклятая тварь не отвечает на призывы! Еще недавно он околачивался невдалеке от дракона пустоты, а после… как сквозь землю провалился.
Синестра протяжно, зло зашипела.
– Хитро, хитро! Должно быть, Кориалстраз прячется где-то там и хочет освободить дракона пустоты! Ступай! Ищи своего убийцу магов, да поскорее…
Шагов эльфа крови Кейлек не расслышал, однако решил, что ему хватило благоразумия повиноваться. Синий дракон раскрыл было рот, но тут же почувствовал: устрашающий компаньон призывает его хранить молчание.
– Милое мое дитя, – проворковала Синестра, да так, что кровь в жилах синего едва не обернулась льдом. Ярость ее сменилась недоброй самоуверенностью. Казалось, Синестра стала вовсе не той, кем была всего миг назад. – Иди сюда, милый мой…
Даргонакс устремился вверх, но так, чтоб его призрачно-зыбкое тело заслонило от темной дамы Кейлека.
– Гос-с-спожа-а-а…
