Ночь дракона полностью

Меня накрыло волной тепла – точно солнце пробилось сквозь грозовые тучи. Демоны и ёкаи, жаждавшие моей смерти, встревоженно заскулили и отскочили, морщась от яркого света. Скривившись от боли, я слегка приподнялась. Навстречу мне выступило изящное создание с перламутровой чешуей, раздвоенными копытами и рогом, загнутым назад. Кирин, источая священный огонь, поднял свою драконью голову, обвел пугающе невозмутимым взглядом поле боя, издал крик, от которого у меня по спине побежали мурашки. Демоны, стоявшие ближе всего к нам, вспыхнули золотым пламенем и рассеялись на ветру. Кирин, взмахнув хвостом, взмыл ввысь, точно феникс, и приземлился рядом с грозным чудовищем у лестницы во дворец. Опять засиял золотой свет, и еще несколько демонов растворились с жуткими воплями.

Ороти обернулся. Шесть его уцелевших голов задергались в воздухе, глядя, как ослепительный, будто небесное светило, Кирин идет к нему по камням. Четыре головы, зашипев, выплюнули огонь. Он объял священное создание, и оно исчезло.

Я ахнула, но смертоносное пламя тут же сделалось золотым и взорвалось волной тепла и света. Священный зверь продолжил идти вперед. Он так сиял, что больно было смотреть. Меня обдало жаром, хоть я и лежала поодаль. Свет Кирина согревал и умиротворял, казалось, его источает само солнце, но вряд ли демоны разделяли мои чувства.

Ороти осклабился, зарычал и стал пятиться от Кирина с его слепящим сиянием. Войско Генно тоже начало отступать – воины бежали прочь, не разбирая дороги. Тех демонов и ёкаев, которые не поспевали за своими собратьями, настигала смерть от рук выживших самураев. Уцелевшая сестра-скорпион все еще сидела на спине у Ороти, баюкая тело своей близняшки и гладя ее побледневший лоб. Она бросила последний уничтожающий взгляд на дворец и ронина, который по-прежнему охранял верхние ступеньки, и что-то крикнула монстру.

Вызывающе зашипев напоследок, Ороти отвернулся и поспешил прочь, бросив войско на произвол судьбы. С удивительной для такой туши скоростью он пересек двор и перелез через стену. Восемь хвостов в последний раз зазмеились в воздухе, а потом пропали из виду.

Встать мне удалось далеко не с первой попытки. Все тело саднило, я сильно ушибла плечо, когда Ороти отбросил меня в сторону. Я чувствовала слабость и опустошение, шар ослепительного пламени во мне превратился в едва мерцающий уголек. Я сжала зубы, наконец поднялась на ноги, вцепившись в пульсирующее болью плечо, и огляделась.

Моим глазам открылось ужасающее зрелище. Повсюду лежали убитые люди и ёкаи, они истекали кровью, тлели, бились в предсмертной агонии. Кто-то остался в живых, но получил такие серьезные увечья, что не мог пошевелиться. В воздухе повис запах крови и дыма, а ветер разносил стоны раненых и умирающих. Борясь с тошнотой, я направилась ко дворцу, стараясь не смотреть на обгоревшие, разодранные и вспоротые тела.

Посреди бойни неподвижно стоял Кирин. Его священное сияние слегка ослабело, стало призрачным, а величественная голова была повернута ко дворцу. Он смотрел на даймё, идущую ему навстречу. Киёми-сама сошла по лестнице и направилась к Кирину, медленно, но уверенно пересекая залитую кровью площадь. Поравнявшись с величественным существом, она опустила голову и низко ему поклонилась. Кирин невозмутимо смотрел на нее своими черными глазами.

Госпожа лунных островов, – начал он. Как и тогда, в лесу, слов слышно не было, но я чувствовала, как голос Кирина звучит внутри меня. – Правительница Цуки. Ками услышали твою просьбу. Ты звала меня – и я пришел.

– Благодарю вас, Владыка леса! – прошептала Киёми-сама, благоговейно потупившись. – Я в долгу перед ними – и перед вами. Что просят ками взамен?

Кирин взмахнул хвостом и поднял величественную голову. Только чтобы ты берегла эти острова по завету твоих предков, которые дали это обещание в день заключения договора с ками. Пусть эти земли и дальше будут безопасной гаванью для духов. Пусть людская жадность никогда сюда не проникнет и пусть здесь царят мир и покой.

Киёми-сама медленно распрямилась.

– Обещаю, что так и будет.

Кирин тряхнул головой. Больше ты меня никогда не увидишь, – спокойно сказал он. – Правь мудро, госпожа луны. – На мгновение он перевел взгляд на меня. – И пусть твои наследники возьмут с тебя пример.

Даймё Клана Луны снова поклонилась. Кирин отвернулся. Яркий свет растекся по двору, точно сквозь густую крону пробились лучи солнца. Я сощурилась, а когда смогла наконец открыть глаза, священного зверя уже не было.