Я делаю пару шагов навстречу ему, а он ко мне. Я протягиваю ему черную записную книжку, а он мне мой фиолетовый блокнот. Наши руки на секунду касаются, и меня пробирает дрожь. В самом плохом смысле этого слова.
— Ах да, — добавляю я, пока иду обратно к машине с блокнотом в руке, который сейчас в полной безопасности. — Просто для информации. Я сделала ксерокопию вашего устава.
У Тайлера отвисает челюсть.
— Не переживай, я с ней ничего не сделаю, но, думается мне, ты отзовешь жалобу, которую подал директору из-за комментария на ЛузерыЛейнсборо. com.
Тайлер поджимает губы.
— Ладно, — говорит он.
— Спасибо, — сладко пропеваю я. — Я это очень ценю.
Я поворачиваюсь и продолжаю свой путь к машине. Марисса и Кларисса следуют за мной, и мы все забираемся в салон.
Ровно перед тем, как захлопнуть дверь, Кларисса оглядывается назад на «318», которые стоят на парковке слегка озадаченные и удрученные.
— Вам повезло, — кричит она, — что мне не пришлось воспользоваться перцовым баллончиком!
Она хлопает дверью, и Марисса выруливает с парковки.
ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ
Мы едем праздновать в закусочную.
Восход уже окрашивает небо в розовые, фиолетовые и голубые тона, прогревая воздух. Это очень приятное зрелище после такой долгой ночи. Внезапно, несмотря на недавний перекус, я понимаю, что умираю с голода.
— Хочу блинчики, — решаю я, как только мы занимаем столик. Когда к нам приходит официантка с заказом, именно это я и получаю. Большая стопка блинчиков с шоколадной крошкой и взбитыми сливками. Вдобавок ко всему, я поливаю это сиропом. После такой ночки, я это заслужила. Да и кому какое дело? Я же не регулярно так питаюсь. Однако и палкой выглядеть не хочется. Для разнообразия я добавляю еще сироп.
— Божечки! — восклицает Кларисса, пихая нам под нос свой телефон. — Вы издеваетесь? Только посмотрите на последний статус Джейми на фейсбуке!
Я кошусь на экран.
— Она пишет: «Смотрю фильм с лучшей подружкой». — Кларисса усмехается и смотрит на меня и Мариссу в ожидании реакции.
— А что в этом такого? — спрашивает Марисса, попивая газировку.
— Да, — соглашаюсь я. — Что в этом такого? Звучит мило.
Так и есть. Благодаря этой ночи я поняла, что прошло уже лет так пять с тех пор, как мы просто сидели дома и смотрели фильмы.
— Проблема
— Ну, так они помирились, — объясняю я. — Сестры иногда так поступают.
Я сглатываю и думаю о Кейт, а потом снова проверяю телефон. Уже в тысячный раз. Все еще ни словечка.
— Они помирились, — добавляет Кларисса, — через два часа после того, как та бросила ее в гетто!
— Ну, если честно, это не гетто, — замечаю я. — И с ней ничего плохого не приключилось.
Кларисса печально смотрит в экран телефона. Ага, если смотреть на него достаточно долго, можно подумать, будто статус изменится.
Марисса замечает выражение моего лица, дотягивается до меня и сжимает мою руку.
— Эй, — произносит она. — С тобой и Кейт все будет хорошо.
— Откуда тебе знать? — спрашиваю я.
— Потому что Кейт любит тебя, — говорит Кларисса. — Разумеется, она тебя простит.
— Не стоило ей говорить, — вздыхаю я, цепляя вилкой кусочек блинчика и задумчиво его пережевывая. — Так бы она никогда не узнала.
— Элиза, ты не права! — восклицает Кларисса. — Тебе нужно было ей рассказать, иначе у тебя бы сохранился секрет, который омрачал вашу сестринскую связь.
— Она права, — соглашается Марисса. — Теперь, девочки, вы можете с этим разобраться и двигаться дальше.
— Надеюсь, — ворчу я, снова проверяя телефон, хотя прошло всего две секунды.
— Наверняка она уже спит, — говорит Марисса, наблюдая за мной.
— Да, — киваю я с вымученной улыбкой. — Может, ты права.
Ненадолго воцаряется тишина, пока мы пережевываем еду и пьем напитки. Кларисса снова смотрит в свой телефон.
— Уведомление о новом письме на электронной почте, — комментирует она. — Один из ваших друзей выложил новое фото на ЛузерыЛейнсборо. com. Интересно кто… Элиза! Ты запостила новые фотки?
— Что? — озадаченно спрашиваю я. — Нет, не постила. — Тут я вспоминаю. Купер. Камера. Я. В купальнике. — Бог ты мой! — ахаю я, пытаясь дотянуться и выхватить телефон из рук Клариссы до того, как та увидит фото. Но уже слишком поздно.
— Вау, — произносит она с округлившимися глазами.
— Дай, удалю.
— Что за фото? — спрашивает Марисса.
— Это фото, которое сделал Купер, — поясняю я.
Кларисса передает телефон Мариссе.
— Вау! — восклицает она. — Горячая штучка!
Я смотрю на фото в телефоне, хотя и видела ее уже.
— А знаете что? — говорю я. — Возможно, я оставлю ее.
После нашего высококалорийного завтрака я сдуваюсь. Капитально. Адреналин, который струился по моим венам всю ночь, ушел, а эффект от кофе закончился много часов назад, и весь этот сахар и сливки делают меня вялой и сонной.
— Девочки, вы все еще ночуете у меня? — спрашиваю я у Мариссы, когда та выруливает на мою улицу.
— Мне пора домой, — говорит Марисса. — Домашний арест, помнишь? Мне надо пробраться обратно.
