Ночь, которая изменит все (ЛП) полностью

Позади меня Марисса разговаривает по телефону.

— Да. Рада, что ты повеселился. Нет, знаю, просто я… Я не…

Я начинаю немного нервничать, когда понимаю, что происходит. Джеремайя наконец-то перезвонил Мариссе, но уже слишком поздно. Наверняка этот парень всю ночь пьянствовал и флиртовал с разными девчонками, а теперь втюхивает ей какое-нибудь тупое оправдание, почему не позвонил. Я в ярости не только из-за того, что не хочу, чтобы Мариссу обижали. Нам втроем было так весело, а теперь этот придурок Джеремайя вгонит ее в тоску и все испортит.

Бросаю взгляд на Клариссу, которая любуется своим зеркальным отражением в одном из окон высотой от пола до потолка. Она поворачивается, и могу сказать, что мы думаем об одном и том же. Какую бы лапшу Джеремайя не вешал Мариссе на уши, все это полная херь.

Кассир Сэм заканчивает пробивать мои балетные стикеры.

— С вас семьдесят шесть долларов и восемнадцать центов, — объявляет он, но я не особо обращаю на него внимание.

Я пытаюсь подслушать разговор Мариссы.

— Да, — говорит она. — Хорошо, может, я смогу подойти чуть позднее. Мне просто не понять, почему ты раньше мне не позвонил.

Марисса слушает Джеремайю еще минуту, а потом как будто щелкает выключатель. И наша подруга, хм, срывается с цепи.

— Ты ОБКУРИЛСЯ с Бренданом и Робби? — кричит она. Ее глаза чуть не вылезают из орбит. — И тебе пришлось тусоваться с ними, потому что Я ПОТЕРЯЛА ТВОЮ ТРАВКУ? Джеремайя, я не теряла ее! У меня ЕЕ ЗАБРАЛА ПОЛИЦИЯ!

Кассир Сэр нервно поглядывает на меня, и я пытаюсь ободряюще ему улыбнуться. Мне хочется сказать, что это абсолютное недоразумение и моя подруга не какая-нибудь наркоша или дилер, но Марисса продолжает кричать.

— Знаешь что? Вообще-то, я не думаю, что приду. Я занята, — и бросает трубку.

Я смотрю на нее. Марисса смотрит на меня. Кларисса смотрит на нее. Она смотрит на Клариссу. Я и Кларисса смотрим друг на друга, а потом обе снова смотрим на Мариссу.

— Джеремайя, — начинает она, — не мог позвонить мне, потому что обкурился со своими тупыми дружками. Очевидно он считает меня виноватой в том, что я потеряла его травку. Он все-таки позвал меня к себе, но я сказала, что занята. — Марисса сама в шоке от своего поведения. Будто бы не может поверить, что сказала ему нечто подобное.

— Вот и хорошо! — говорю я.

— Просто отлично! — добавляет Кларисса.

— Кто-нибудь собирается мне заплатить? — спрашивает Сэм.

Когда мы выходим на улицу, меня ждут три сообщения от Тайлера, и, судя по тону, он не особо счастлив.

Сообщение первое: «Окей, какого хрена ты не отвечаешь? У тебя на все про все пять минут, чтобы перезвонить мне. В противном случае, я выкладываю содержимое твоего блокнота в сеть. Мне плевать».

Естественно, это блеф, потому что меня поджидают от него еще два сообщения. Я рада, что не получила только первое, потому что могла бы достаточно сильно испугаться, чтобы перезвонить ему.

Второе сообщение: «Ладно, Элиза. Послушай, мне жаль, что мы так поступили. Мы очень сильно разозлились, понятно? Ты попыталась с нами играть и уничтожить». Вообще-то нет. Все, что я сделала, это запостила правдивый комментарий (ладно, полуправдивый) про одного из членов «318». Но неважно. Это семантика. «Просто верни нам нашу записную книжку, а мы вернем тебе твой блокнот, и забудем все, будто ничего и не было».

И, наконец, третье сообщение, где Тайлер каким-то чудом превратился в какого-то скулящего тринадцатилетнего подростка.

Третье сообщение: «Элиза, пожалуйста, верни нам записную книжку. Нам абсолютно плевать, что ты там написала на ЛузерыЛейнсборо. com. Нам очень нужен наш устав».

Я включаю громкую связь и еще раз проигрываю все три сообщения Мариссе и Клариссе.

— Вау! — восклицает Кларисса. — А он похоже отчаялся.

— Наверняка ему попадет, — говорит Марисса.

Мы сидим в машине, записная книжка и розовое безобразие лежат на переднем сиденье. Мы остановились у круглосуточного магазина рядом с копировальным центром, где купили перекусить. А теперь набиваем животы и слушаем эти сообщения.

— От кого? — спрашиваю я, делая глоток «Снэпла»¹⁶.

— От большого босса, — отвечает Марисса.

— О, прямо как в банде! — говорит Кларисса и кивает со знанием дела, будто знает все об организованной преступности. Она перегибается через сиденье и спрашивает: — У тебя есть какие-нибудь салфетки?

Марисса кивком указывает на бардачок, я открываю его и протягиваю Клариссе пару салфеток.

— Благодарю, — произносит она и элегантно вытирает руки.