– Библиотеку? – прищурился Маттер, откладывая вилку.
– Именно. Очень старую библиотеку.
Извозчик привез Маттера и Элиду почти под самый выступ восточной стены крепости. Всего в нескольких кварталах отсюда находилась резиденция господина Ленца, мысль о котором вызвала у князя легкую усмешку. Женщина легко спрыгнула с подножки фаэтона и потянула Маттера по дорожке общественного сада, в самом конце которой виднелось темное двухэтажное здание с полукруглой крышей. Проходя мимо торговки с тележкой, Маттер не удержался и купил сладкий пирожок – так, жуя, он и оказался у входа в библиотеку.
– Я не была здесь ни разу, – сообщила ему Элида. – Все собиралась, но дела…
– Н-да? – Маттер задумчиво посмотрел на покрытую мхом каменную стену – похоже, это книгохранилище построили одновременно с крепостью. Но почему снаружи?
– Когда-то здесь было жилище братьев-отшельников, – прочитав его мысли, объяснила Элида. – Лет триста братья собирали древние книги и хроники. Потом из-за какого-то внутреннего конфликта братство распалось, а библиотека перешла в управление наместника. Были назначены люди, способные продолжить дело, которым занимались отшельники. Сейчас сюда может войти каждый – вот только ходят не очень часто: в основном, ученые да студенты-историки.
– Удивительное место, – заметил Маттер. – Древность тут ощущается в каждом камне. У меня такое ощущение, будто я стою на пороге, за которым та эпоха, когда Майли только строился.
– Так и должно быть, – почему-то шепотом ответила ему Элида. – Ну, идемте.
С этими словами она потянула на себя высокую деревянную дверь, и Маттер оказался в довольно узком холле, слабо освещенном двумя окнами по бокам от входа. Дальше посетителей ждала коротенькая каменная лестница, за которой виднелся стол и чья-то фигура над книгой.
– Чем я могу вам помочь, господа?
К некоторому удивлению Маттера, администратор оказался вовсе не седобородым старцем, а, наоборот – долговязым юношей в поношенном темном сюртуке и с очками на носу: то ли студент, алчущий кой-какого заработка, то ли соискатель ученой степени, помогающий отцам-хранителям.
– Вопрос у нас не самый простой, – скромно улыбнулась Элида. – Если вы позволите…
Она взяла со стола листок бумаги и замусоленный карандаш, быстро написала несколько названий и с почтительным видом протянула очкарику.
– Ого, – в голосе парня прозвучало искреннее изумление, – таких требований я вообще еще не видел. Мне искренне жаль, господа, но вам, как я предполагаю, придется заплатить по двойному тарифу. Я провожу вас к лиценциату Румусу, потому что кроме него вам тут никто не поможет… идемте, идемте.
Юноша шмыгнул носом, выбрался из-за стола и двинулся сумрачным боковым коридором. Коридор закончился ведущей куда-то вниз лестницей; впереди маячило желтоватое марево электрического света. Под плафоном с тусклой лампой провожатый остановился и стукнул в дверь, когда-то перекрещенную железными полосами, от которых теперь остались темные следы.
– Брат Румус! У нас тут немного необычные гости, так без вас мне никуда!
За дверью сипло кашлянули. Раздался скрежет, и в коридор высунулся широченный мужчина с длинными волосами и приплюснутым, словно у портового забияки, носом. Одет он был в черный с лиловыми кисточками сюртук, какие носили обычно кафедральные лиценциаты королевских университетов.
– Что, снова тебе делать нечего? – мрачно поинтересовался Румус.
Он взял из руки очкарика листок с заказом, глянул на него и хмыкнул:
– Ага… И на что господа мои изволят надеяться?
Тут вдруг глаза Румуса встретились с глазами Маттера, и лиценциат, крякнув, опустил плечи.
– Идите за мной, – очень тихо проговорил он.
Румус долго вел гостей круговым коридором со множеством дверей. Когда Маттеру показалось, что они уже обошли все здание по периметру, лиценциат отпер торцовую дверь, нашарил на стене выключатель и шагнул куда-то вбок, в полутьму за длинными рядами двойных стеллажей.
– Садитесь там, – донесся его голос. – Я принесу то, о чем вы просили.
Маттер повернул голову: слева от двери у стены стоял стол с электрической лампой и ветхое вращающееся кресло, обитое зеленой кожей. На столе князь заметил пачку листов писчей бумаги, стакан с карандашами и ножик-точилку. Указав женщине на кресло, Маттер поднял рычажок лампы и аккуратно присел на край стола. Через пару минут из темноты появился Румус. В руках у него были две небольшого формата книги.
– Вот, – сказал он. – Постарайтесь быть осторожными, из обоих тиражей сейчас осталось по два-три экземпляра. Если что, – он посмотрел на Маттера, – я буду там, в каморке за перегородкой.
«Правление Секех, вознесение духа», – прочитал Маттер на обложке верхней из двух книг – ее Элида пока отложила в сторону и схватилась за другую, название которой Маттер разобрать не успел. Судя по их виду, книжки относились к разряду университетских изданий двухсотлетней давности. Как правило, университеты издавали научные работы соискателей или уже состоявшихся академиков очень небольшими тиражами, и такого рода книги всегда были коллекционной редкостью.
