Слава тебе, Нил, выходящий из этой земли,Приходящий, чтобы оживить Египет!Тайно руководимый, тьма во дне,Хвалят его спутники его.Орошающий поля, сотворенный Ра,Чтобы всех животных оживить.Напояющий пустыню далеко от воды,Роса его спускается с небес.Владыка рыб, вожатый пернатых,Не спускаются птицы…Творящий ячмень, создающий эммер,Делает он праздник в храмах.Если он медлит, то замыкается дыхание,И все люди беднеют,Уничтожаются жертвы богов,И миллионы людей гибнут…Когда же он восходит, земля в ликовании,И все живое в радости,Зубы все начинают смеяться,И каждый зуб обнажен.Приносящий хлебы, обильный пищей,Творящий все прекрасное…Творящий траву для скота,Заботящийся о жертве богу каждому —Находящемуся в преисподней, на небе, на землеНаполняющий амбары, расширяющий закрома.Заботящийся о вещах бедняковЗаставляющий цвести деревья по любому желанию,И нет в этом недостатка…Нет рабов и нет владык его,Не вырвут из тайн! Не знают места его,Не находят пещер его в писаниях!Нет складов произведений его,И никто не руководит твоим сердцем.Ликует тебе молодежь твоя и дети твои.Спрашивают о состоянии твоем как о фараоне.Постоянный законами,Выходящий пред югом и севером,Выпивается вода каждого глаза благодаря ему!Заботящийся об изобилии по благости своей!Бывший в печали — выходит в радости.И каждое сердце ликует.И Девятка, сущая в тебе, могущественна…Дающий силу одному, как и другому,И нет судящегося с ним…Осветитель, выходящий из мрака,Силач это, творящий все,И нет живущих в познании его…Дай же воду, дай же воды!О, Нил, дай воды!Насыщающий людей скотом,А скот — полями,Дай же воду, дай воды!О, Нил, дай воды!<p>27</p>Дверь была не заперта. У Катерины екнуло сердце: неужели к ним влезли. Артем обычно строго следил за тем, чтобы дверь запиралась на ночь. Она поставила чемодан, а сама осторожно вошла в квартиру и включила лампочку. Никаких признаков взлома. На журнальном столике стоит бутылка. По форме, похоже, что коньяк, отметила она и пошла дальше, в спальню. Еще не успев включить свет, она почувствовала какое-то движение.
Приподняв голову от подушки, морщась от света, на нее уставился Темка. Рядом из-под натянутой простыни, выглядывала Ленка. Вокруг в живописном беспорядке валялась одежда. Как в плохом анекдоте, подумала Катерина: возвращается жена из командировки, ну и далее везде… Она даже не успела рассердиться. Интересно, какие будут первые слова, действительно, как в анекдоте, или что-то новенькое.
Немая сцена затягивалась, видимо, никто не хотел начинать первым. Всем было все ясно и было очень стыдно. Катерина повернулась и так же молча зашла в салон. В бутылке действительно оказался французский коньяк. Катерина выбрала из двух бокалов тот, который почище и без следов помады, и налила половину. Она медленно опустилась на кресло и сделала большой глоток, самый большой, на какой только была способна. Из спальни послышались звуки и шорох и надеваемой одежды. Первым показался Артем в своих старых шортах и без майки.
— Чемодан занеси! — Катерина сделала резкий жест головой, — он там, за дверью.
