Когда Валерия спросила его, как ему квартира, то у него не хватило духу сказать ей всю правду, потому он ответил, что все в порядке. Однако по тону его голоса Валерия поняла: муж далеко не рад. К концу же разговора она сделала вывод о том, что приняла правильное решение не ехать с ним. Квартиру он назвал довольно простой, что было явным преуменьшением. Прежде всего практически все в ней сделано не очень качественно и выглядело чисто функциональным, как в дешевом мотеле. Кровать, когда он лег спать, оказалась неудобной, так что он заснул только от навалившейся усталости.
На следующий день Жан Филипп встал в шесть утра и, прочитав несколько газет в ноутбуке, отправился к девяти часам в офис. Спустившись, он сел в выделенный ему фирмой автомобиль, и водитель повез его по кишащим пешеходами переулкам, а потом по кварталу, выглядевшему деловым районом, в котором автомобили загромождали улицы подобно тараканам, изрыгая в воздух выхлопные газы, когда стояли в пробках.
Город выглядел совершенно непривлекательным, взору Жана Филиппа не попадались те достопримечательности, которыми он любовался в туристических справочниках перед отъездом и которые непременно собирался посетить. Впрочем, знакомству с основными: Запретным городом, Великой стеной, Терракотовой армией – можно уделить время позже. Прежде всего Жан Филипп хотел познакомиться с будущими сотрудниками. Первый год работы маячил впереди как труднопреодолимое препятствие – так он жаждал своей первой поездки «на побывку» домой, так скучал по оставленной во Франции семье, что сам себе казался тоскующим ребенком в скаутском лагере. Но через пару часов он уже с головой погрузился в работу.
Компания получила несколько крупных деловых предложений, и в некоторых из них содержались очень интересные варианты слияний и приобретений. Все это было как раз по его части, и Жан Филипп обрадовался возможности отрешиться от одиночества, которое ощущал. К восьми часам вечера он уже был в своих апартаментах, поглощая большую чашку риса, оставленную ему уборщицей. К рису прилагались еще какие-то блюда, но Жан Филипп не мог их опознать и потому опасался есть. Все, чего он касался, видел, слышал, обонял или с чем контактировал, было совершенно незнакомым, и он задавал себе вопрос: сможет ли когда-нибудь почувствовать здесь себя как дома или по крайней мере хотя бы привыкнуть к здешним обычаям?
К концу первой недели Жан Филипп уже втянулся в рутину раннего подъема и двухчасовой работы дома, перед тем как отправиться в офис, а в субботу нанял частника-гида, чтобы совершить экскурсию по Запретному городу, весьма, кстати, недешевую. Дворец оказался именно таким – впечатляющим, – как ему говорили, о чем он и рассказал Валерии по телефону тем же вечером. Однако она не могла долго разговаривать: Жан Луи и Дамиан подхватили где-то желудочный грипп, а у нее не было приходящей няни на субботу и воскресенье. Жан Филипп искренне пожалел, что его нет дома, чтобы помочь ей. Они торопливо попрощались, и он взял несколько папок с бумагами с собой в постель. Уже засыпая, он решил на следующее утро связаться с Шанталь по скайпу.
– Ну и как ты там? – спросила она, когда на мониторе появилось его лицо.
– Здесь вполне сносно, – сказал Жан Филипп, стараясь быть великодушным по отношению к принявшей его стране, но чуткая Шанталь по тону его голоса поняла, как ему одиноко.
– Взаправду или так, что ты готов послать все это ко всем чертям?
– Понемногу и того и другого, – смеясь отозвался он на ее вопрос. – По большей части тут мне все незнакомо. Никто не говорит ни по-английски, ни по-французски. Я бы здесь совсем потерялся, если бы компания не наняла для меня переводчика. Но по большей части мне тоскливо, и я очень скучаю по Валерии и детям.
– Уверена, что и они скучают по тебе. Да уж, этот год вам запомнится надолго!
– А как твой роман? Лучше расскажи, что происходит в твоей жизни.
– Да не так уж много. Я наконец закончила свой сценарий и на днях подписала контракт на новый, но пока даже не начинала. Зато постоянно провожу время с Ксавье. В конце этой недели мы побывали с ним на античной выставке и в Музее Орсе. Там было просто чудесно!
Шанталь улыбалась, и Жан Филипп отметил, что выглядит она счастливой.
– Ты по-прежнему без ума от него?
– Больше, чем когда-либо. Он потрясающий человек! Брат и невестка у него тоже замечательные. Иногда мы с Ксавье обедаем вместе. Знаешь, мы просто наслаждаемся друг другом.
Жан Филипп был рад, что у нее все идет так хорошо. Она заслужила это после долгих лет одиночества. С появлением Ксавье ее жизнь стала более насыщенной, а в глазах загорелись искорки.
