Ночь за контракт полностью

Ах, Лена, Лена… – со вздохом и легкой улыбкой остановил её рассуждения Леонид Павлович, – ты всё время со мной споришь, а иногда и учишь. Зачем? Ты же прекрасно знаешь, что я не поддаюсь нравоучениям. Как там сказал Губерман: «Когда нас учит жизни кто-то, я весь немею; житейский опыт идиота, я сам имею».

– А я так думаю, – к немалому разочарованию Леонида Павловича в разговор вмешался о. Сергий. – Пусть до сего дня в парне индивидуальность не проявилась: не захотел стать музыкантом, художником, врачом, спортсменом, наконец… Но был бы нормальным человеком, если б со стороны родителей, старшей сестры получал обычное человеческое внимание, заботу, добро, любовь… Это обязательно изменило его, ему всего семнадцать лет, он только окончил школу… Но этого не было… Никто не интересовался им. Иначе сестра заметила, что брат ничем не занят, сидит дома и употребляет наркотики. А где он деньги брал? Наркотики больших денег стоят. Сестра заходила к нему, но не интересовалась его жизнью, не знала, что он бросил учебу или не желала все это знать? Господь сказал: «Возлюби ближнего своего, как самого себя». Так вот, любовь ближнего, любовь старшей сестры направила бы поступки брата к совершению добра, а не к похищению ребенка… Если бы вы Тамара, – он повернул голову в сторону Тамары, – исполняли эту заповедь, такое не произошло. А вы думали лишь о материальном: покормить, постирать, одеть, а о любви к своему кровному брату забыли.

«Господи, – я сплю? Это непостижимо… У этих людей я украла ребёнка, а они говорят мне о добре, долге, любви… о Валерке. Где он сейчас?»

– Я, действительно, заходила к нему, чтобы принести поесть, взять в стирку белье, а во всем остальном думала, что у него нормально, без проблем, – низко опустив голову, произнесла тихо Тамара.

– Тамара, а где сейчас ваш брат? – поинтересовался Алексей Петрович. – Он ведь ночью сбежал из дома, когда увидел, что Андрей может привести взрослых. Куда он мог убежать? Может, он к родителям вашим вернулся? У вас есть родственники в Москве или в Подмосковье?

– Нет, родственников у нас нет, и к родителям он не вернется. У него в Москве совсем нет знакомых, друзей, одна только я, – Тамара захлюпала носом.

– Участковый по его месту жительства предупрежден и сразу сообщит вам, когда он придет домой, – сказал Леонид Павлович.

– Я думаю, – сказал Алексей Петрович, – что нашей семье участковый пусть не сообщает, мы его преследовать не собираемся, хотя он здорово нам насолил, Лена чуть инфаркт не получила. Сестре лучше участковый пусть даст знать, когда он явится. Иначе парень будет скитаться по всяким злачным местам, подружится с такими же наркоманами и совсем собьется с пути.

– Правильно папа говорит, – вмешалась в разговор Светлана. – Найди его, Тамара, и скажи, что мы его простили, пусть не боится и возвращается домой. Как только найдешь его, сразу начинай лечить, пока не слишком запущено. Он ведь недавно стал наркотики принимать и пока не поздно необходимо ему помочь справиться с этим недугом. Я могу тебе дать адрес клиники, где лечат наркозависимых. Всю свою энергию направь на помощь брату, не оставляй его одного в беде… Хорошо? Вот тебе моя визитка, сразу позвони, я договорюсь в клинике, там мой однокурсник работает, попросим его, а то не всегда места есть. Звони, не стесняйся, хоть ночью, если смогу быть тебе хоть чем-то полезной, я буду рада помочь.

– Спасибо вам большое… Но я, правда, не знаю, где мне его искать, – со слезами в голосе, прошептала Тамара. Это я одна виновата во всем. Я прошу вас только об одном, не надо задерживать его с милицией, я сама разыщу… Попробую…

– Этот вопрос уже не к нам, а к Леониду Павловичу. Наша семья его простила, и преследовать не собирается, -еще раз подчеркнул Алексей Петрович.

– Значит, всё зависит от меня? – разочарованно отправил вопрос мужчина присутствующим.– А Леонид Павлович не собирается заниматься мазохизмом и размазыванием соплей по собственному лицу… Раз у вашей семьи претензий нет, то… Как только мерзавец явится, как котенка вышвырну…

– Что? – проронила Тамара, едва шевеля онемевшими губами. —Ты не разрешишь ему жить рядом со мной?

Взгляд, брошенный на Тамару, стал каменным.

– Я завтра в Мюнхен улетаю, а когда вернусь, чтоб духа его не было… В домике во время моего пребывания охрана жить будет.

Следующим утром, Тамара дрожащей рукой держала телефон и ждала, пока ответит Марина.

– Маринка, привет! Можно я к тебе домой приеду? Прямо сейчас.

– Я твой голос не узнала. Почему ты такая взволнованная? Конечно, приезжай, я тебя жду, – ответила она.

Тамара еще не знала, чем ей сможет помочь подруга, но она была должна с кем-то поделиться, все рассказать. Марина всегда ее выручала. Сегодня, как никогда, Тамара нуждалась в ее поддержке.

Дверь открыла Марина, и, взглянув на лицо подруги, поняла, что что-то произошло.

– Проходи. Будешь чай, кофе?

– Нет, лучше накапай валерьянки…