Приблизительно через полчаса быстрой езды по МКАДу машина свернула на узкую трассу. На изгибе Тамара увидела указатель, за которым они повернул на асфальтированную дорогу с односторонним движением. Немного по ней проехали, и начался спуск, с которого скатились на узкий мост. Через несколько минут въехали в небольшой поселок. Промчались мимо пятиэтажек, миновали небольшую церквушку и спустились под горку, откуда начался частный сектор. Дом Ахмеда стоял среди новых коттеджей, построенных за обычными деревенскими неказистыми домиками, и находился на самом краю поселка. После него было лишь поле. «Нам суда» – сказал Ахмед и нажал на кнопку дистанционного управления. Ворота, ведущие к дому, открылись. Он остановил машину на вымощенном камнем внутреннем дворе, недалеко от гаража.
– Вот мы и приехали, – объявил он Тамаре.
Мужчины вышли из машины, а она огляделась. Это был большой двор, в глубине которого, стоял трехэтажный особняк. К мужчинам подошел кавказец огромного роста и бандитской наружности. Сквозь расстегнутые на рубашке пуговицы на сильно волосатой груди просматривалась поросль кучерявых как смоль волос. « Бог ты мой, настоящий Кинг-Конг», – констатировала Тамара. Мужчины поздоровались, пожав друг другу руки. Разговор у них был эмоциональным, слов Тамара не разобрала, но явно был о ней, поскольку часто посматривали в ее сторону. Только теперь она осознала весь ужас создавшейся ситуации. Бог мой! Какую она сотворила глупость, что пожалев брата, согласилась поехать с незнакомцами. Никто не знал, кроме Марины, что она решилась на такую опрометчивую авантюру. Вспомнив о подруге, она быстро достала телефон и набрала Марину, та сразу ответила.
– Мариш, я попала в кошмарную ситуацию. Сейчас даже не знаю, где нахожусь. Я поехала с Ахмедом за Валеркой к нему домой в подмосковный поселок… Завезли во двор трехэтажного особняка. Во дворе трое мужиков, из них двое кавказцы… Валеру мне не показывают. Сижу в его машине… Короче, я попала в полную жопу…
– Ты, совсем долбанутая, зачем согласилась с ними поехать? – закричала в испуге Марина.– Они же должны были тебе его привезти на вокзал. К тебе на вокзале подходил русский мужчина, он где? Не соглашайся ни на какие условия как можно быстрее сматывай оттуда. Дорогу запомнила?
– Зачем согласилась, сама не знаю… Понимаешь, позвонил Валера, сказал, чтобы я приехала обязательно, я его пожалела, а сейчас об этом жалею… Ахмед и тот русский, который был на встрече, и еще один кавказец, по виду зверь зверем, стоят во дворе и что-то обсуждают, а я звоню тебе незаметно. Может быть, мне позвонить Леониду и все рассказать? Он будет ругаться, что я его не послушала, но я очень боюсь дальше здесь оставаться. Дорогу не запомнила, но в окошко видела, что мы свернули с Ярославского шоссе и двигались в сторону Фрязино… Ой, Марин, эта обезьяна идет к машине… подожди…
Тамара быстро отключилась и бросила мобильник в сумку. Однако мужчина в самый последний момент заметил промелькнувший в ее руке телефон, рывком выхватил у нее сумку и вытащил из нее мобильник. Глаза Кинг-Конга налились кровью, громко на незнакомом языке вперемежку с русской ненормативной лексикой, он стал что-то кричать Ахмеду, размахивая руками. Потом в бешенстве бросил телефон об асфальтную плитку и раздавил его каблуком. Мужчина явно был в неадекватном состоянии. В следующее мгновенье, Кинг-Конг, слегка наклонившись к машине, бесцеремонно и грубо, одной рукой, держа ее как котенка за шиворот, выволок девушку из салона. Она оказалась с ним лицом к лицу, и её нос уловил терпкий запах мужского пота… Человек был неимоверной силы и такого свирепого вида, что она почувствовала приближение обморока. К ним подошел Ахмед.
– Иды за мной, – сказал Кинг-Конг.
– Нет, – с ужасом в голосе выкрикнула она.– Приведите ко мне брата!
Смотреть в его глаза, налитые кровью, без содрогания было невозможно, он выглядел настоящим безумцем…
Обморока не последовало, но неожиданно подступил приступ сильной тошноты, и ее вырвало на асфальтную плитку. Ладошками вытерла мокрые губы и с ужасом посмотрела на Ахмеда, все еще надеясь, что он хоть чем-то поможет, хотя в душе знала – они заодно. Он, видя, что она испуганно озирается, похлопал ее снисходительно по плечу.
– Страшнэ? – спросил он, ухмыляясь во весь рот.
Окаменевшая от страха Тамара кивнула ему головой… Говорить не могла, губы были горькими и сухими. Взгляд Ахмеда был мрачным, и она смотрела на него как кролик на удава…
– Нэ, пугайсэ. Это Мурад, он хорошэй джигит, прост лицестрэшный. Иды за ним он отвэдот тибэ к брат…
– Ахмед, – ей стало стыдно за то, что она сейчас станет перед ним унижаться. —Я… Ты… -Тамара не знала четко, что хотела сказать, поэтому стала заикаться.– Я дам тебе деньги, сколько скажешь, только отпусти меня… с братом.– У неё в потайном кармашке сумки лежало пятьсот долларов, это кроме тех двухсот, которые она взяла для выкупа брата. —Прошу… умоляю…
Нагнувшись вперёд насупив брови, Ахмед, рассматривал ёё, словно оценивая стоимость товара.
– Иды… не зли Мурада…