Он оглянулся по сторонам, схватил один бокал со стола, и бросился на кухню, чтобы помыть и поставить на место. Теперь, не считая помятой постели, ничто не противоречило версии о том, что он пил тут один. Но и влажные от пота простыни можно было списать на неспокойный сон и жаркую ночь – в этом Саша не видел ничего слишком подозрительного.
Приготовившись к ссоре из-за пьянства дома, он открыл дверь, но там стояла Саша.
– Вот это сюрприз! – Саша был искренне рад. – Что ты тут делаешь?
– У меня закончилась смена. А я соскучилась.
– Я в шоке, если честно.
– Я хотела тебе доказать, что ты мне правда нравишься. Если для тебя это ещё что-то значит.
– Конечно! Это потрясающе, правда! Пойдём скорей!
Он сходил на кухню и принёс чистый бокал. Саша уже расположилась в постели, стянув чулки. Она притянула его к себе и положила голову на грудь.
– Как ты провёл ночь? Я так понимаю, не ложился?
– Встречался с разными… друзьями.
– В смысле, подругами?
– Тебя не проведёшь. Да, последняя меня просто шокировала.
– Была с тобой слишком хороша?
– Рассказала, что беременна – не волнуйся, не от меня – и собирается сделать аборт.
Саша пожала плечами.
– Это понятно. Наверное, ей захотелось поделиться с близким человеком.
– Это не-нор-маль-но! – Саша сделал ударение на каждом слоге. – Мы спим вместе, тусим, ходим в кино, отлично проводим время вместе. Но мне ни к чему знать такие вещи.
– Если хочешь быть с женщиной, нужно уметь её слушать.
– А я не хочу быть с этой женщиной! Дольше одной ночи, да и той я сегодня не выдержал. Нет, ты не думай, меня сложно в чем-то упрекнуть. Я выслушал её, поддержал – и не как мог, а как следует. Успокоил и всё такое. Я классный! Я молодец! Но какого хрена-то?
Он замолчал, чтобы отдышаться.
– Поэтому я так рад, что ты пришла.
– Неожиданный финал.
– Совершенно неожиданный. Но с тобой мне так хорошо и спокойно. Хочешь, я брошу их всех ради тебя?
– Даже жену?
– Кроме жены. Тебе я врать не буду. Я люблю её и ни за что её не брошу.
– А что будет, если она узнает обо мне? Или ещё какой-нибудь твоей… подруге.
– Когда узнает. Никакого если. У меня есть теория. Правда, не теория и не у меня. Это общеизвестное правило, в которое я верю – рано или поздно всё вскроется.
– Почему ты так уверен?
– А вот просто уверен, и всё. Потому что всегда так было. И тайны других обязательно становятся известны. И мои – когда-нибудь тоже.
– Тогда почему ты не пытаешься всё исправить?
– А какой уже в этом смысл? Прошлого не вернуть. И того, что есть, уже достаточно, чтобы всё разрушить. Поэтому мне, как в классическом голливудском фильме, терять нечего.
– Как-то слишком грустно.
– И можно смело продолжать!
– Уже бодрее!
– Да, что-то я заболтался.
Саша аккуратно приподнял её голову и, нежно целуя, положил на подушку. Он целовал её лицо, спустился к шее, стянул кофточку и расстегнул лифчик. Вдаль полетели красные трусики. Он оказался у Саши между ног и заставил её тяжело дышать, затем стонать. Она гладила пятками его спину, врывалась пальцами в волосы и бормотала что-то неразборчивое.
Не желая заканчивать так, она притянула Сашу к себе и громко застонала от удовольствия.
– Ты лучше всех, – шепнула она, царапая его плечи.
– Спасибо. Я стараюсь.
– Ты, кажется, всё сделаешь, чтобы понравиться девушке!
– А тебе хорошо?
– Ох! Да!
– Тогда я доволен.
В квартире было уже довольно жарко и трудно дышать. Олег похвалил себя за то, что не прошел мимо, и набрал на телефоне экстренный вызов.
– Алло! Здравствуйте! Тут, кажется, пожар, или горит что-то, я мимо проходил, по лестнице в подъезде, я сам-то тут не живу, здесь родители жены моей живут, на пятнадцатом этаже, а я в гости заходил, у жены сегодня день рождения, ну, мы отметили, а сейчас спускался – лифт не работал – и смотрю: на двенадцатом дверь приоткрыта, а оттуда как-то дымом несет. Ну, я зашел, и в самом деле, дым, кажется, где-то внутри что-то горит. Мм… Степанова, 27, кажется, да-да, 27, такое бежевое здание, тут в этом же доме ресторан «Калинка», легко найдете. Квартира… – Олег выглянул на лестничную площадку. – 82. Да, приезжайте скорее, я подожду тут, на всякий случай, соседей предупрежу, опять же. Не знаю, не видно никого, может, хозяева ушли в спешке, а утюг не выключили, или из-за чего сейчас пожары бывают. Жду. Да. Конечно.
Он собрался уже выходить, но для очистки совести перед пожарной командой громко крикнул в коридор: «Эй, есть тут кто живой?!» «Тут я, – неожиданно ответил ему мужской голос. – Прямо и направо». Олег предпочел бы, чтобы голос был женский и помоложе, но всё равно представил, как будет рассказывать об этом происшествии секретарше Ире, подозрительно часто сталкивающейся с ним в курилке, и, не желая отдавать всю славу пожарной бригаде, двинулся вперед.
Дым определенно шел из второй комнаты, эту проблему Олег решил оставить профессионалам, а сам открыл первую дверь. Первое, что бросалось в глаза – табуретка в центре комнаты. Рядом валялись веревка и осколки. Композиция сразу вызвала определенные подозрения. Определенно подтверждал их человек, сидевший на подоконнике, свесив на улицу ноги.
