Ночная охота полностью

Нас окружали зеркальные порталы, из которых состояла вся Оксения. Они появлялись на тропинках и на верхушках деревьев, на побережьях необъятных океанов и у кромки неба, просачиваясь сквозь облака. С их помощью все местные создания могли свободно переместиться в любую часть благословенной земли в зависимости от своих желаний и потребностей.

Всем, в чем нуждалась я в последние несколько дней, был Сайлас.

Он воплощал в себе все, чего я желала.

Это было блаженство – сутками напролет нежиться в объятиях друг друга, восстанавливаясь и отдыхая, сплетаясь руками и ногами и непременно целуясь.

Но это время было омрачено грядущим собранием, где планировалось обсуждение общего будущего. В первую ночь после того, как пыль нашего сражения улеглась, Сайлас провел меня на маленькую полянку, куда часто приходил в юности, когда хотел подумать. Мы беседовали о том, какой представлялась нам новая жизнь – как для миров, так и для нас самих. Но облекать мысли в слова гораздо проще, чем действовать. И чем больше мы говорили об этих планах, тем сильнее становилась моя тревога о том, что задумают сестры и брат Сайласа вместе с монстрами.

Одна эта мысль заставляла мое сердце разрываться от волнения. Поэтому в нашу последнюю ночь мы отложили обсуждения, чтобы забыться друг другом. Я смаковала ощущения от прикосновений рук Сайласа и с упоением впитывала тепло его тела, склонившегося надо мной. В нашем общем пространстве больше не было места спорам о Богах и судьбах миров.

Теперь, ступив на мост, я больше не имела права сбежать от принятия решений.

– Нам многое стоит обдумать, – начал Тентос. – Прежде всего, что ты станешь делать со своей новой силой, когда Оксения осталась без законного правителя?

– Боишься, что Атия будет наступать вам на пятки? – спросил Сайлас.

– Я беспокоюсь, как бы власть не вскружила ей голову, – возразил Тентос. – Мы все-таки научены горьким опытом, Эйон.

Я старалась не показывать, что озабоченность Бога Смерти задела меня, но не сдержалась.

– Чуть не забыла о веках вашей покорности, проведенных в исполнении любой воли Верховных Богов, пока не явилась я и не навела порядок, – с приторной улыбкой добавила я.

Бог Смерти ухмыльнулся.

Его коса висела на спине, как колчан, и кончики волос задевали кромку лезвия.

Оружие Тентоса всегда было при нем, можно было не сомневаться.

– С силой Верховного Бога или без нее, – сказал он. – Ты всего лишь Нефас.

Ничто не могло оскорбить меня сильнее, чем мнение о том, что я была всего лишь Нефасом. Существа моего рода являлись самыми удивительными творениями Богов со времен создания мира, а недавно, с моей подачи, стали ключом к падению их власти.

Мы никакие не всего лишь монстры. Нефасы – могущественная сила.

Пока я раздумывала над его словами, мои руки начали светиться. Сияние, исходившее от них, было ярким и обжигающим.

К этим новым способностям еще нужно было привыкнуть.

Но едва я уловила их песнь, бегущую под кожей, как тут же склонилась, с уважением принимая энергии дня и тьмы, с недавних пор поселившиеся во мне. В одной половине моего тела танцевал хоровод теней, в другой сплетались лучи света.

– Продолжай, – сказала я, пока мое тело накалялось все сильнее.

Рука Тентоса дернулась, будто бы он задумал схватиться за косу:

– Ты ведь не собираешься затевать драку со мной.

Я выгнула бровь, наслаждаясь проблеском страха на его лице.

Пусть он и не раз спасал мою жизнь, но оставался все тем же высокомерным снобом и заслуживал назидательную взбучку.

– Силы еще одного Бога, которые я могу поглотить? – поддразнила его я. – Будет весело.

Тентос крепко сжал губы.

– Ух ты, – сказала Лахи, явно впечатленная нашей перепалкой. Она похлопала брата по плечу. – Впервые за несколько веков кто-то заставил его замолчать.

Тентос метнул на нее озлобленный взгляд, вполне способный прикончить собеседника, будь перед ним не его прекрасная сестра.

– Смотрю, никто из вас не беспокоится о том, что дитя обрело такую великую силу?

Фирия, которая прежде не обращала особого внимания ни на одного из нас с момента прибытия, пустила одну из своих стрел в небо.

– Остынь, брат, – Богиня сосредоточилась на красном облаке, висевшем над нашими головами, которое как раз приняло форму мишени. – Не то рискуешь быть брошенным в собственную реку.

Фирия выстрелила, и стрела устремилась ввысь, пройдя через центр облака. Богиня Реки Огня удовлетворенно улыбнулась.

– Послушай, – сделала успокаивающий вздох я. Баланс внутри меня смещался. – Последнее, в чем сейчас нуждается Оксения, – правители. Ей необходимы лидеры, за которыми захотят последовать ее обитатели. Боги, которые укажут путь, а не своевольно распорядятся жизнями.

– Примером этому, кстати, служит и сложившаяся ситуация, когда кучка Богов встречается здесь, в отсутствие воинов и монстров, чтобы обсудить судьбы последних, – добавил Сайлас. – То, чем мы занимаемся, недалеко ушло от ремесла наших родителей.

Мои опасения рассеялись, и любая неопределенность стихла при звуках его голоса.