Ночная охота полностью

Вот почему судьба Силлиана оказалась столь неоднозначной. Он и банши, и человек одновременно. Обычно банши составляют пары с горгонами, совершая священный обряд, чтобы сохранить исключительно женскую часть популяции. Видимо, мать Силлиана однажды сошлась с человеком.

Такое случалось крайне редко, и последствием столь необычной любви стал не только другой пол ребенка, но и все человеческие особенности, которые так желали заполучить банши. Скорее всего, это и стало одной из причин, почему его бросили: банши завидовали ему, ведь он был смертен.

У меня такой проблемы не было.

– Нам нужно покинуть Роузгард, – напомнил Сайлас. – Сейчас же.

По его тону можно было подумать, будто бы он не напоминал мне о необходимости срочно скрыться последние полчаса.

– Знаю, – я наблюдала, как лучи рассветного солнца проскальзывают в окно. – Я собираюсь, не видишь?

– Вижу, – пробурчал он. – Ты решила прихватить половину деревни.

Сайлас со вздохом смахнул с лица свои черные волосы. Очки, которыми он так гордился, теперь висели на кармане костюма. Когда его шевелюра откинулась назад, они опасно зашатались, словно в любой момент могли упасть и разбиться о пол.

– Ты древнее чудовище, проклятое Богами, ты спасаешься от полчища монстров, которые охотятся за твоей головой, – стал нагнетать он. – Сколько вещей тебе нужно взять?

Я повернулась к нему, и мои поднятые брови были красноречивее любых слов.

– Продолжай трепаться. Так я точно соберусь быстрее.

По правде говоря, мне не нужны все те вещи, что я собрала в комнате, бывшей моим домом в Роузгарде. Большинство из них – простые безделушки. Сувениры. Памятные мелочи из тех мест, где я побывала, а еще изящно украшенные платья от искусных портних – такие не купишь за пределами Королевства Воды, которым правит Аура Морей.

Я могла бы оставить все это позади, как делала много раз до этого дня, но теперь все было иначе. Боги и так пытаются забрать у меня достаточно, вырвать прямо изнутри.

Я перебирала содержимое последних ящиков, в то время как Сайлас в нетерпении постукивал ногой по шатким половицам, наполняя всю комнату пронзительным скрипом.

– А твою кровать мы тоже возьмем с собой? – сморозил Силлиан.

Он подпрыгнул на матрасе и улегся на простыни, раскинув руки в стороны, будто изображая снежного ангела.

– Чувствуй себя как дома, – сказала я.

– Я несколько недель не спал в кровати, – демонстративно пожаловался он. – Дайте мне хоть этим насладиться.

– Прости. В моем чемодане комната не поместится.

Я выдвинула последний ящик и наконец нашла последние два предмета, без которых я не осмелилась бы двинуться дальше.

Музыка, сочиненная мамой, – ноты, сумбурно нацарапанные торопливым почерком. Эту песню она неизменно исполняла мне по утрам и не замолкала, пока я не засмеюсь и не начну подпевать.

И один-единственный лепесток от фиолетового ириса – засушенный и спрессованный, он походил на перо с наших крыльев. Мой отец вкладывал его меж книжных страниц, которые он читал мне перед сном, чтобы всегда знать, откуда начнет в следующий раз.

«Это ключ от других миров, – любил повторять он. – С ним мы никогда не останемся в ловушке нашего собственного».

У меня пересохло в горле.

Пусть я знаю песню матери наизусть и не прочла ни единой книги с тех пор, как погиб отец, я все равно не могу оставить их здесь.

Эти вещицы – единственное, за чем я когда-то вернулась на ферму спустя месяцы после убийства родителей, когда пролитая кровь давно впиталась в ковер.

Я забрала их в спешке, всерьез опасаясь, что скрип половиц напомнит Богам о случившемся и заставит вернуться, чтобы завершить начатое.

Вот и теперь, затаив дыхание, я вынула из ящика сухой цветок и нотный лист.

Им не место в чемоданах, брошенных к ногам Сайласа. Чтобы сберечь свои сокровища, я незаметно опустила их в карман плаща.

– Ты берешь два чемодана? – удивился Сай-лас.

– А у тебя разве не две руки? – съязвила я.

Сайлас обернулся на Тристана, чей крошечный портфель выглядел настоящей насмешкой в мою сторону. В нем наверняка утрамбовались единственная рубашка и десятки книг, которые он умудрился туда впихнуть.

– Надеюсь, следующий монстр, который нападет на нас, сначала проглотит твои вещи, а потом уже приступит к нам, – съязвил Сайлас.

К немалому моему удивлению, мой желудок отреагировал на его слова голодным урчанием, и этот недовольный рокот эхом прокатился по маленькой чердачной каморке.

Все трое обернулись.

– Продолжая тему поглощения различных вещей, – решила уточнить я, держась за живот. – Хотелось бы знать, есть ли способ утолить мой голод?

Сайлас отрешенно моргнул, сохраняя невозмутимое выражение лица:

– Тебе надо поесть.

– Уже проходили, – проворчала я. – Мне не удается учуять достаточно страха, чтобы насытиться. Так что, если идей получше не найдется, я могу обглодать твою руку.

– Я имел в виду человеческую пищу.

Меня передернуло.

– Нет уж, спасибо.

– Ты точно никогда не пробовала шоколад, – произнес Тристан, опустив свой портфель на кровать рядом с перепачканными грязью пальцами Силлиана.