Продолжение истории "Вернуть мужа. Стратегия и Тактика". Повествование от имени Лерки, Валерии Князевой, девушки невероятной, почти сказочной красоты, подруги детства и юности Варьки, Сашки, Максима, Вовки и Игоря.Лера помогает Максиму Быстрову решить сложную ситуацию, обратившись к высокопоставленному отцу, с которым долгие годы не общается. Условие помощи со стороны отца: Лера живет с ним и выполняет его просьбы.На первый взгляд кажется, что это попытка сблизиться с дочерью. Но что-то настораживает Леру. И что это за таинственный безымянный мужчина, который появляется в ее новой жизни?
У нас всех есть один якорь,
с которого, если сам не захочешь,
никогда не сорвешься:
чувство долга.
СЕЙЧАС
— Сюда нельзя, прошу прощения, — строго говорит мне высокий охранник — человек в черном. Всё черное: и костюм, и рубашка, и даже галстук. Единственное светлое пятно — незапоминающееся лицо с крупным квадратным подбородком. Черт! Опять новенький!
То ли три бокала шампанского придают мне храбрости и наглости, то ли внезапно появившийся азарт подначивает, но я делаю то, чего делать не привыкла. Я решаю пройти через эту чертову дверь во что бы то ни стало, использовав, если понадобится, и это…
Делаю шаг к охраннику, томно разглядываю бейдж на лацкане его пиджака, на который кладу руку в длинной голубой перчатке.
— Игнат, прошу вас, помогите мне.
Игнат недовольно хмурится, опустив взгляд на мою руку, но не смеет ни убрать ее, ни сделать шаг назад или в сторону.
— Нельзя, — мягче говорит он. — Сюда никому нельзя. Личное распоряжение господина Вяземского.
— Мне нужно, — убеждаю я Игната, вцепившись в лацкан пиджака. — Я оставила там важную для себя вещь. Мне без нее никак… Ну, пожалуйста, что вам стоит?
Он растерянно смотрит на меня и на свой пиджак:
— Это может стоить мне места работы и отсутствия рекомендаций, — четко, по-военному докладывает Игнат. — Поэтому, пожалуйста, уходите.
Вздыхаю и медленно снимаю большие черно-фиолетовые очки, скрывающие почти половину моего лица. Игнат шумно вдыхает и забывает выдохнуть. Тороплюсь не потерять преимущества произведенного эффекта:
— Игнат. Я дочь господина Вяземского. Валерия. Вы просто еще не познакомились со мной. Вы же новенький?
Игнат, безотрывно глядящий на меня, молча кивает.
— Я быстренько. Забегу в кабинет, заберу свой клатч — и сразу обратно! — клятвенно обещаю я, молитвенно сложив руки.
Да откуда взялся этот Игнат?! У меня было полное взаимопонимание и с Петром, и с Павлом.
Игнат съедает меня голодным, самым мужским взглядом, но не двигается с места.
— Так как? Игнат! — настойчиво зову я выпавшего из реальности мужчину, стоящего у меня на пути.
— Не выходит? — знакомый насмешливый голос раздается сзади. — Помочь?
Проклятье! Вездесущий Виктор Сергеевич, от внимания которого я так мастерски избавилась полчаса назад, меня опять нашел.
— А вы поможете? — раздраженно спрашиваю я, разочаровавшись в себе и своих возможностях.
— А когда я вам отказывал, Валерия Ильинична? — усмехается Виктор Сергеевич. Он кивает головой Игнату, и тот делает шаг в сторону, не отрывая от меня жадного взгляда.
Мы проходим в полутемный кабинет отца. На столе переговоров, выделяясь белым пятном на коричневом фоне, лежит мой клатч.
— Надо же! Действительно, забыли? — недоверчиво удивляется Виктор Сергеевич и интересуется. — Ради чего?
— Ради чего что? — спокойно спрашиваю я, прикидывая, как мне поступить дальше.
Вот на тумбе чугунная сова. Поднять бы, не то что опустить на голову Виктора Сергеевича… Или настольная лампа "в стиле Ильича"? Вряд ли она настолько тяжелая…
— Почему мне всегда кажется, что вы хотите чем-то тяжелым ударить меня по голове? — вежливо интересуется Виктор Сергеевич, подавая мне забытый клатч.
Он еще и ясновидящий? Как же я от него устала!
— Спасибо! — холодно благодарю я мужчину, приставленного ко мне месяц назад в качестве личного охранника, и с ощущением неудачи двигаюсь к выходу.
— Валерия Ильинична! — мягко окликает меня Виктор Сергеевич. — Что на самом деле вы хотели посмотреть? Ради чего забывали клатч?
Я молчу, осторожно выбирая ответ.
— Это? — спрашивает Виктор Сергеевич, показывая мне на стопку папок на столе отца.
Что я теряю? В принципе, ничего.
— Да. Это! — честно отвечаю я мужчине, быстро посмотрев на камеру в углу.
— Не волнуйтесь. Она пока отключена. Что-то там с проводами…
Виктор Сергеевич отодвигает отцовский стул и молча предлагает мне сесть. Второго приглашения не жду и почти бегом иду к столу.
Содержимое первой же папки приводит меня в состояние шока. Да. Мне тогда не показалось. Это точно Варька.
Вообще первая папка посвящена Варваре Дымовой и Максиму Быстрову. Вернее мужу и жене Быстровым. Фотографии. Документы. Какие-то сканкопии.
Осторожно открываю вторую — Сашка и ее сын Ванька. Третья — Вовка Зорин. Четвертая — Игорь Жданов. Мои лучшие и единственные друзья.
Еще четыре папки. А это чьи?
