Ночная радуга полностью

Сашка перехватывает мой взгляд и тоже его видит. Это я понимаю по ее расширенным от возбуждения глазам и слову "Попался!", которое она рисует губами. Сашка начинает почти сканировать мужчину, несмотря на то, что тот стоит довольно далеко. Я знаю, зачем она это делает. Она запоминает его внешность, потом придумает, как ее зафиксировать. И Варька тоже его видит, ее губы делают привычное "О!"

Я, специально глядя в сторону, на ощупь достаю из сумочки телефон, чтобы сделать фотографию. Когда мне это удается, мужчины уже нет.

С подозрением смотрю на Виктора Сергеевича, который стоит рядом со мной и время от времени оглядывается по сторонам. Он встречается со мной взглядом и прикрывает глаза. "Всё в порядке". Он не мог не заметить того мужчину, моих взглядов на него и реакции девчонок.

Значит, либо в сговоре с ним, либо не хочет показать, что что-то заметил. Разве не странно?

— Надо сказать Максиму, — робко предлагает Варька, у которой мы собрались на поздний завтрак, чтобы не потерять ни минутки из последнего дня моего пребывания в родном городе.

— Ни в коем случае! — не разрешаю я, поливая сметаной горячий сырник.

— Ага! — дуется Варька, тряся кудрями. — А меня всю испилили за мои тайны. За то, что помощи никогда ни у кого не прошу!

— Глупо втягивать Макса, — трезво спорю я с подругой. — Что я ему расскажу? Про папки? То, что отец собрал информацию на всех моих друзей и даже их родственников, это абсолютно логично. Макс даже не удивится. Сашка верно говорит: у самого Макса на нас еще больше информации, причем из первых рук. А отец за мной всю жизнь третьим глазом наблюдает.

— Дело не в папках на нас. Дело в восьмой папке! Почему мужик из этой папки материализовался возле тебя? Не просто же так? Что за триллер? Смотрит. Молчит. Не подходит — прячется. Надо попросить Макса что-то узнать об этом человеке. У Макса связи и возможности! — горячо убеждает меня Сашка. — А мы доморощенные сыщики. Тем более, тебя везде этот Виктор Сергеевич пасет!

— Кому-то надо было, чтобы ты эти фото увидела, — повторяется Варька, но она права. — И твой Виктор Сергеевич — ключ к этой информации. И разговор его телефонный с кем-то о тебе и фотографиях совершенно однозначен.

— Вчерашний кипиш в клубе — проверка действий Виктора Сергеевича. Он мне сам сказал, — вспоминаю я важное.

— Так и сказал? — поражается Варька.

— Значит, что-то знает точно! — Сашка решительно отправляет в рот кусочек горячего сырника. — Хочешь-не хочешь, а надо с него и начинать!

— Я пробовала — бесполезно! — сокрушаюсь я. — Вчера перед сном вывела его на разговор о случившемся, напомнила его собственные слова.

— А он? — Варька от любопытства чуть на падает со стула.

— А он ответил: "Вам, Валерия Ильинична, совершенно незачем опасаться чего-либо. Это была проверка моей способности вас защитить", — делюсь я самой свежей информацией. — А на мой вопрос, кто же его проверяет, осторожно ответил, что отец.

— Но ты не веришь? — уточняет Сашка. — Варька! Сырники — блеск! Георгошины?

— Сама! — трясет кудрями довольная Варя. — Галина Семеновна научила, конечно, но я всё сама: от теста до жарки.

— Умница! — хвалит Варьку Сашка. — Я тоже умею, но так вкусно не получается. Научи теперь меня — буду Ваньку баловать.

— Первый секрет — идеальная консистенция творога, — смеется довольная комплиментом Варя. — Второй — форма в виде маленьких шайбочек. И надо именно жарить, а не запекать. Еще добавлением муки или манки не увлекаться.

— Не увлекаться добавлением… — задумчиво повторяет за Варькой Сашка. — Это знак! Реально! Не надо пока никого привлекать. Надо выяснить, с кем твой охранник разговаривал.

— А это может быть маньяк? — вдруг пугается Варя. — Как твой Сергей-Филипп?

— Не мой, — привычно отрицаю я.

— Не-е-ет! — решительно вмешивается Сашка. — Я насчет Сергея давно передумала. Он не маньяк. Он несчастный мужчина, влюбившийся не в ту женщину. Он за столько лет Лерку пальцем не тронул. Даже целоваться не лез! Ведь не лез?

— Не лез, — подтверждаю я. — Но он меня очень напрягает!

— Остается только следить за твоим Виктором Сергеевичем, — резюмирует Сашка. — А что еще придумаешь? Что-то где-то скажет, проболтается… Как-нибудь себя выдаст.

Проболтается — это не про Виктора Сергеевича. Его статус — "непоколебимо невозмутимый". Только если случайно, как в первый раз.

— Какие планы на день? — живо интересуется Сашка, отвлекая себя и нас от темы разговора.

— Обедаю с мамой, — рассказываю я. — Ужинать надеюсь с вами.

— Я попробую всех собрать! — обещает Сашка. — Когда еще по-нормальному увидимся?

— Давайте только не в клубе! — просит Варя. — Давайте прогуляемся по местам боевой славы!