Агент Сантос наклонилась к земле и осмотрела приклад дробовика, опиравшийся о сухую землю.
– Возможно. Нашли следы?
– Ни одного. Земля слишком твердая, – пояснил шериф Батлер. – Зато есть много примятых стеблей. Это подтверждает слова Джози о том, что ее преследовали на поле.
Агент Сантос взяла щепотку почвы и растерла между пальцами.
– Но зачем он оставил оружие?
– Пытался избавиться от него? – предположил Леви. – В спешке хотел припрятать.
– Кто же наш преступник? – спросил Батлер. – Незнакомец? Тогда где Итан Дойл и дочка Алленов? Если он забрал их с собой, то ему понадобилось бы оружие, чтобы заставить их повиноваться. То же самое, если считать подозреваемым Итана. Ему нужен дробовик, чтобы Бекки ему подчинилась.
Агент Сантос выпрямилась.
– Нужно организоваться. Давайте определим, что нам известно и что требуется узнать. И оборудуем командный пункт. Далеко отсюда департамент шерифа?
Шериф Батлер покачал головой.
– В тридцати милях. Слишком далеко. У департамента есть переносной командный пункт, но он сейчас на другом конце округа, на месте железнодорожной аварии. Я подумал, можно использовать старую церковь возле шоссе. Это всего в нескольких милях.
– Отлично, – одобрила Сантос. – Нам нужно побеседовать с выжившей и родителями пропавшей девочки.
– Мы получили основную информацию от Джози Дойл, – сказал Батлер. – Она упоминала странный грузовик, ездивший поблизости в тот день.
– Всплыли чьи-то имена? – спросил Рэндольф.
– Ничего особо подозрительного, только пара человек, с которыми девочки контактировали вчера, – ответил шериф. – Брок Каттер, местный паренек. И семейство Хенли – они живут в двух милях отсюда на Окси-роуд.
– Ладно, – сказала Сантос. – Агент Рэндольф поможет организовать командный пункт. Упакуйте дробовик в мешок. Шериф, пусть кто-нибудь побеседует с Хенли и пареньком Каттеров. Я встречусь с Алленами. И как только врачи дадут нам зеленый свет, тщательно опрошу Джози Дойл. Давайте запланируем встречу в церкви, скажем, – Камила взглянула на часы, – в четыре пополудни.
Все кивнули.
– Упакуй дробовик в мешок и включи в состав улик, а потом сходи побеседовать с Броком Каттером, – приказал Батлер помощнику Роббинсу, вручив ему фотоаппарат для съемки улик.
– Да, сэр, – отозвался Леви, а шериф и агенты быстро исчезли за высокими стеблями.
Роббинс остался на месте, сделал несколько снимков дробовика и нарисовал в блокноте схему его расположения. Потом натянул пару перчаток и осторожно подобрал оружие. Открыл затвор, обнажив магазин. Он был пуст, дробовик оказался не заряжен.
Может, Брок Каттер стал свидетелем того, что произошло в доме Дойлов? Леви вспомнил кислый запах пота, исходивший от подростка, когда помощник шерифа остановил его на дороге. Вспотел ли тот от жары или от страха? А он отпустил парня без всякой задней мысли.
Леви ощутил волну нахлынувшего гнева. Неужели маленький засранец солгал ему? Может, Каттер знал то, что могло пролить свет на случившееся. Осторожно прижав оружие к боку, чтобы не смазать возможные отпечатки, Леви зашагал назад к ферме. Ему нужно найти Брока Каттера.
Агенту Сантос необходимо было осмотреть тела.
– Можно нам войти? – спросила она полицейского, стоявшего у задней двери дома. Тот кивнул и протянул агентам бумажные бахилы, чтобы надели поверх обуви. Первое, что заметила Сантос, зайдя из прихожей в кухню, это изнурительная жара. Окна были плотно прикрыты, вентилятор не работал, как и кондиционеры.
– Здесь, наверное, больше сорока градусов, – заметил Рэндольф, ослабляя галстук.
– Надо сделать пометку, чтобы потом спросить Джози Дойл, были ли окна и двери дома закрыты точно так же прошлой ночью, – бросила Сантос, переходя в гостиную. – Всю неделю стояла невероятная жара, и трудно поверить, что они не включали кондиционеры или хотя бы не открывали окна.
– Возможно, убийца пытался исказить улики, – предположил Рэндольф. – Убедился, что окна заперты, и выключил кондиционеры. Чтобы тела разлагались быстрее и судмедэксперту было труднее установить точное время смерти.
– Возможно, – согласилась Сантос. – Не похоже на проникновение со взломом. Надо выяснить, запирали ли Дойлы двери на ночь.
Они продолжили осматривать дом. Он выглядел вполне обычно: опрятное, чистое жилище.
– Нам известно, сколько единиц оружия хранилось в доме? – спросила Сантос у одного из полицейских.
– Со слов Мэтью Эллиса, деда, у Дойлов имелось несколько ружей в доме, – ответил тот. – Мэтью говорит, три или четыре. У большинства живущих здесь семейств они есть.
– А известно, какое именно оружие? – поинтересовался агент Рэндольф.
Полицейский проверил у себя в блокноте.
– Он сказал, был помповый дробовик для охоты на оленей, винтовка двадцатого калибра и пневматическое ружье. Возможно, был еще пистолет двенадцатого калибра.
– Выясните, не принадлежал ли Дойлам дробовик, найденный в поле, – велела Сантос полицейскому.
Они с напарником медленно поднялись по лестнице, стараясь ни к чему не прикасаться. Рэндольф заметил смазанные пятна крови на стене у лестницы.
