И вот теперь, на нижней палубе яхты, где каждый сантиметр фиксируется с нескольких видеокамер, а звук пишется так, что не стыдно отправить в оргкомитет «Грэмми», капитан обнюхивает свою сигару и не выказывает никакого желания бороться за Ларсена. Все гораздо хуже. Он делает вид, будто вообще незнаком с Сержем. Будто знает: все, происходящее здесь, на нижней палубе, – срежиссировано. Продумано и поставлено с одной целью: скомпрометировать его. Словно в подтверждение этой мысли, Романов произнес:
– Здесь ведь все записывается? Не подарите на память видео? А хотите – дам вам интервью? Уверен, диктофон у вас с собой, и он уже работает. Где он? В пуговице? В сигаретной пачке?
Капитан явно издевался. Серж скрипнул зубами. Впрочем – не от злости. И не от досады. Лишь затем, чтобы убедить Романова в том, что его сарказм достиг цели.
– Простите, вы, кажется, искали сигарную комнату? – спросил он у капитана, стараясь придать голосу унылую интонацию. – Я думаю, она располагается на верхней палубе.
– Не люблю курить в одиночестве, – произнес Романов. – Присоединитесь ко мне?«Одри» величаво рассекала мутные воды Москвы-реки. Кремль остался позади, слева показались уютные купола Новоспасского монастыря.
Кристина стояла на корме яхты, на нижней палубе, облокотившись на перила, и впервые за несколько месяцев чувствовала себя спокойно. Будто и не было мучительной неизвестности от пропажи отца, липкого гостеприимства этого азиатского города, запаха лука изо рта навалившегося на нее Бесцветного, судорожной беготни неизвестно зачем, неизвестно от кого по пыльным улицам.
Гости веселились на верхней палубе. Сейчас оттуда раздавалась музыка в стиле немецких кабаре тридцатых годов, сдобренная звоном бокалов и всплесками хохота.
За кормой яхты пузырилась дорожка, оставленная корабельным винтом. Рядом с ней на водной глади то тут, то там, непроизвольно возникали круги, будто намекая на бурную подводную жизнь. Неужели здесь водится рыба? В Интернете пишут, что в Москве-реке можно встретить только мутирующих чудовищ из древних русских сказок. Интересно было бы взглянуть. Похожи ли сказочные древнерусские чудовища на современных? Хочешь узнать народную душу – присмотрись к сказочным монстрам этого народа. Кто же это сказал? Ницше? Хайдеггер? Нет. Неужели ей это пришло в голову первой?
Кристина попыталась вспомнить, каких сказочных русских чудовищ она знает. В голове вертелось окрашенное в семитские цвета «чудо-юдо», но ничего больше на ум не приходило.
– Предпочитаете одиночество? Вот и я тоже… Не понимаю, зачем ходить на вечеринки, если постоянно хочется уединиться? Но хожу, зачем-то хожу… Мазохистка!
Стройная дама средних лет со следами «ухода» внешности встала рядом. Кристина настолько погрузилась в размышления, что не слышала, как та подошла.
