– Не смей ко мне прикасаться, козел! Ты спал с Ксеньей! С половиной персонала спал, урод ты эдакий! Долги твои я выплачивать не буду, понял? Ты теперь мне никто! Пусть твои коллекторы тебя на британский флаг порвут. Катись, чтобы глаза мои тебя не видели!
Молодец! Мысленно ей аплодирую, решая, уйти или остаться. Останавливаюсь всего в нескольких метрах от кухни. Тут слышу громовой ответ Кристофа:
– Ты что думала, сука, так просто меня вышвырнешь?
А после этого вдруг слышится звук удара и Варин вскрик. Дикий такой, отчаянный, больной. Что-то тяжелое падает на пол. Или… кто-то?
Когда я влетаю в просторную кухню, Варя уже лежит на полу без сознания неподалеку от стола, а над ней возвышается Кристоф. Он меня не видит, он занят другим. С совершенно диким рыком пинает свою жертву в живот. Один раз пинает, второй, третий…
От звуков ударов мне делается дурно. Я прикрываю рот рукой и давлю в себе крик.
Варя в сравнении с ним такая маленькая, слабая, хрупкая. Как он может? Он же огромный!
Мое сознание вопит, и в то же время не могу сделать и шага от страха, который меня парализует. Вижу и слышу новый пинок и как-то сразу понимаю, что у Вари остается совсем немного времени. Если я не вмешаюсь, он ее может забить насмерть!
Могу сбежать, ведь Кристоф слишком занят своим черным делом и меня всё еще не замечает. Но если сейчас сбегу, не будет больше на этой земле моей подруги…
От осознания неизбежного мне становится невмоготу дышать, а глаза мгновенно увлажняются. В эту секунду во мне словно отключается чувство самосохранения. Я хватаю со стола стеклянную вазу и, ничего не соображая, несусь с ней наперевес прямо на Кристофа.
– Получи, гад такой!
Стараюсь ударить его вазой по башке, но попадаю почему-то в спину, причем никакого особенного урона ему не наношу, что очень-очень плохо. Осколки вазы падают на пол.
– И ты здесь, дрянь паршивая! – орет он на меня не своим голосом.
Не церемонится, тут же хватает за горло и начинает давить.
Хриплю, из последних сил царапаю его руку, а предательское сознание не выдерживает, прощается, машет ручкой. В полуобморочном состоянии чувствую, как Кристоф куда-то меня тащит, кладет грудью на поверхность стола, задирает подол платья. Надрывно хрипит, крепко меня держа и затягивая что-то на моей шее. В ту же секунду проваливаюсь в холодную, темную пустоту забытья и четко-четко понимаю, что назад уже вряд ли вынырну…
Степан
Сижу за столом в зале La Gustosa даже не знаю сколько. По ощущениям что-то среднее между минутой и вечностью. Время не имеет никакого значения, если у тебя расплавлен мозг.
Аврора мне его расплавила, выжгла, обуглила.
У меня дергаются оба глаза, всего аж трясет от злости. Ко мне никто не подходит – не решаются. Еще бы, выражение лица у меня сейчас, наверное, зверское.
Мелкая хитрая сучка! Еще умудрилась меня виноватым выставить. МЕНЯ!
Да я как приклеенный за ней целый месяц ходил. Чуть в присядку перед ней не танцевал. А она что? Хвостом крутила, бегала от меня, посылала куда подальше. Зато как только узнала о La Gustosa, тут же прискакала. Неужели она думала, я ее приму? Я что, совсем долбанутый, что ли?
Самое мерзкое – я хочу! Хочу ее принять даже после этого.
Я в ней люто разочарован и в то же время так же люто ее хочу. А какая красивая пришла, заноза в заднице. Специально, поди-ка, намарафетилась.
Нет, мне надо лоботомию, а еще лучше полное удаление мозга. Надо заменить расплавленный на новый.
Кого я собрался в жены звать? Сучку, которой бабло дороже всего на свете? На кой черт мне сдался этот геморрой? Нет уж, спасибо, обойдусь без нее как-нибудь. Заведу себе любовницу. Или десять. Как-нибудь забуду, выдеру стерву из сердца, вырежу вживую. Не нужна она мне такая, не моя женщина.
И вот от этих горьких дум меня отрывает какой-то камикадзе, которым оказывается официант Миша. Он осторожно спрашивает:
– Степан Петрович, можно обратиться?
– Я похож на человека, к которому можно обратиться? – рявкаю зло.
– В-в-вам посылка, – аж заикается от страха он.
Хватаю пакет, раскрываю, а внутри раскуроченный телефон Авроры, из которого я взялся выудить видео, а еще записка о том, что данные с телефона выслали мне на почту. Оперативно, нечего сказать. Раньше не могли, что ли? Хотя какая разница.
– Иди! – приказываю ему.
Открываю телефон, в почте действительно нахожу несколько видео. Можно переслать их Авроре, но мне совершенно не хочется больше перед ней выслуживаться. Хотя любопытство ест – что такого в ее видео, что ей так необходимо их восстановить?
Решаю посмотреть последнее и замираю.
Звук паршивый, почти ничего не слышно, зато картинка весьма четкая, и на этой картинке я вижу, как под светом уличного фонаря здоровый детина целует и лапает какую-то блондинку. Приглядываюсь и узнаю в детине мужа Вари!
– Едрит твою налево… – хмыкаю себе под нос.
Так вот почему Аврора стремилась во что бы то ни стало выудить из телефона видео. Сто против одного: Кристоф ее застукал! И это именно он ее телефон расколошматил.
