В шесть часов вечера следующего дня была запланирована съемка программы, она должна была идти в прямом эфире, поэтому в пять Виктор Демьянович уже стоял у проходной студии местного телевизионного канала. На нем были темно-синие брюки и коричневый пиджак в цвет ботинок. Просто, но элегантно. Его встретила девушка-редактор, приятная и строгая. Она поминутно связывалась по рации с коллегами и вела Миронова, судя по всему, какими-то обходными путями. По дороге она кратко обрисовала, что будет происходить и что надо делать. Пройдя целую вереницу коридоров и сменив несколько раз этаж, они наконец добрались до гримерной, которая оказалась пуста. МВД и его спутница покорно прождали десять минут гримера, которая пришла, бросила оценивающий взгляд на следователя, нарочито громко и по-женски манерно воскликнула: «У него отличный цвет кожи. Он прекрасен и без моей помощи», — и прогнала обоих за дверь. Девушка-редактор отвела Виктора Демьяновича в какой-то коридор и усадила на скамью. Она отдавала односложные команды и часто общалась со «своими» по рации, так что больше походила на телохранителя, чем на работницу студии, но ее поведение, осанка, манера говорить и держать себя выдавали в ней столичную особу. Из радиопереговоров следователю мало что стало ясно, только то, что кто-то там в коридоре третьего этажа, а кто-то другой ведет кого-то на грим по коридору второго этажа. На каком этаже находился сам Виктор Демьянович, он не знал. И что самое интересное, Миронов пребывал на студии уже минут тридцать, но за это время не встретил никого. Еще через пять минут его отвели к звуковикам, где пристегнули к внутренней стороне рубашки петличку, положили в карман маленький кирпич передатчика на батарейках и, наконец, посадили в небольшую комнату, в которой оставили его в одиночестве и велели немного подождать.
Миронов нервничал. В жизни он был неплохим политиком по части общения с людьми, но здесь была не жизнь, здесь шоу. Народ принесет в жертву кого угодно, лишь бы поднять рейтинги и получить хорошенький скандал на камеру. Виктору Демьяновичу сегодня предстояла сумасшедшая проверка на прочность, и это был большой вопрос, насколько сухим он выйдет из воды. «Хорошо бы хоть по пояс», — прошептал он себе под нос.
Томительное ожидание удобряло почву для сомнений и размышлений, а стены маленькой комнаты-коробки, сдавливая следователя, нагнетали обстановку и не давали вздохнуть, наполняя легкие спертым ароматом грима и пудры. Миронов никак не мог выбросить из головы то, что накануне ему рассказал Арсений. Боль… ему нравится смотреть на нашу боль. Он получает от этого удовольствие. «Выходит, это его слабая сторона, — думал Виктор Демьянович. — Он отдаст все что угодно, чтобы наблюдать. Наблюдение дарует ему ощущение власти, сладкой и пленительной».
В эту секунду сердце следователя застучало быстрее от резкого и жаркого выброса адреналина. «А что, если сегодня он будет на передаче?!» — выпалил Миронов вслух и встал с дивана, занимающего больше половины маленькой гостевой каморки. Но в качестве кого? Зритель? Эксперт? Гость? Кто он? Если теория верна и преступник всегда возвращается на место преступления, то этот не пропустит шанс покрасоваться перед телекамерами.
В этот момент раздался короткий сигнал входящего сообщения на мобильном телефоне. МВД достал телефон из внутреннего кармана пиджака. Незнакомый номер.
На экране горела надпись: «Ну, как? Волнуетесь?»
«Кто это?» — напечатал Миронов и отправил сообщение.
«Тот, о ком вы подумали!» — последовал ответ.
На секунду Виктор Демьянович испугался того, что сам накликал беду своими же мыслями, но это было не самое страшное. Страшным и огромным казался вопрос: что же теперь делать?
В комнату постучали, дверь отворилась, и за ней показалась девушка из столицы. Она обратилась по имени-отчеству к Миронову и попросила следовать за ней, съемка должна начаться буквально через несколько минут. Шагая по коридору, Виктор Демьянович набирал номер Марии, от напряжения еле попадая по клавишам мобильного телефона.
— Господин следователь, — на столичный манер начала говорить девушка, — мы скоро начнем. На время съемки я прошу вас оставить мобильный телефон здесь. Мы положим его в конверт и отдадим вам сразу после окончания съемочного процесса. Дело в том, что запись будет идти в прямом эфире, а мобильные телефоны могут создать помехи на звуке. Мы просим всех гостей сдать их. Это стандартная процедура.
Мария не отвечала. Миронов проклинал все на свете.
— Можно мне еще минутку? Последний звонок.
Девушка взглянула на часы и произнесла:
— У вас есть даже не одна, а две минутки.
— Благодарю, — с безумием в глазах гаркнул Виктор Демьянович и набрал трясущимися руками номер Марии во второй раз.
На третий раз она взяла.
— Маша, что у тебя за манера не брать трубку, когда это катастрофически необходимо?! — выпалил Миронов.
— Что случилось? — не ожидая такого резкого нападения со стороны собеседника, выпалила она.
