– Да просто Диана задела твое самолюбие! Ты ведешь себя как обиженный ребенок. Да, она сделала тебе больно. Но ты должен был вынести из этого дерьма лишь один урок – нужно лучше разбираться в людях и не влюбляться в фарфоровых кукол. И я жутко сомневаюсь, что папа за твоей спиной оплатил твое обучение, но, если он все-таки сделал это, остановись на секундочку и представь себя на его месте. Ты летом ходил по дому как зомбарь. Папа наверняка не захотел масла в огонь подливать.
– И поэтому наврал мне? – воскликнул Арт, подлетев к сестре, которая сложила руки на груди. – Я должен знать правду. Хотя бы от вас я хочу слышать правду.
– Хочешь? – подняла брови девушка. – Тогда забудь Диану, возьми себя в руки… и повзрослей. Мы уже не поменяемся, Артур. Мы должны нравиться тем, с кем встречаемся, такими, какие мы есть, или пусть они встречаются с кем-то другим. Да, ты бываешь несобранным, бываешь ленивым. И что с того? Идеальных людей не существует. Заканчивай уже страдать фигней и…
– Живи дальше?
– Живи дальше.
– Попахивает дешевой философией.
– Еще какой! Я за вправление мозгов не возьму с тебя ни копейки. По блату.
– Как мило.
– Обращайся.
– Да я… – парень нервно взъерошил волосы. – Я даже в университет сам не поступил.
– Не всем же учиться на бюджете, – девушка серьезно посмотрела на брата. – Но если тебя это так сильно волнует – переведись. Сдай хорошо сессию.
– Я же неуч.
– Ты балда.
– Не обзывайся.
– А ты не провоцируй. Не бывает в жизни все просто, Арт. Ну вот не бывает. Нам и так повезло больше остальных. Так что перестань ныть.
– Я не ною. Я в отчаянии.
– Вот же бедняжка.
– Меня предали и обманули. Почему я не могу подраматизировать?
– Мне тебя пожалеть, что ли?
– Пожалей. – Артур шагнул к сестре, и та, смеясь, обняла его.
Сжала крепко-крепко и погладила по золотистой шевелюре. Иногда он вел себя по-детски, наивно и беззащитно, но Алина не злилась. Она точно знала, что она в ответе за брата в той же мере, что и он за нее. Человек не может всегда быть правым или сильным, умным или смелым. Иногда люди нуждаются в помощи, и в этом нет ничего постыдного. Не стыдно отчитать брата, чтобы он взял себя в руки. Не стыдно обнять его и выслушать, когда ему плохо и он хочет выговориться. Это в порядке вещей, если люди не чужие друг другу.
– Мне просто стало стремно. Вот и все, – пробубнил парень.
– Понимаю.
– Я опять верил в небылицы.
– Папа хотел как лучше, я точно знаю. Он очень волновался, вот и промолчал. Мы все переживали, Арт. – Алина сильнее сжала плечи брата. – И я волновалась. Ты бы тоже не находил себе места, если бы я с ума сходила из-за парня.
– С тобой все проще, – задумчиво прошептал Артур, – парня можно найти и ноги ему можно поотрывать. А что сделаешь девчонке?
– Повыдирать ей волосы.
– Тогда Диана не смогла бы завлекать своих жертв.
– Это уже ее проблемы. Хочешь, я правда подстерегу ее? Я ведь подстерегу.
– Да сиди, – усмехнулся Артур, – боюсь, ты ей не только волосы повыдираешь.
– Кому, интересно? – внезапно спросил приятный голос, и брат с сестрой синхронно обернулись.
Марк Селиверстов – представительный мужчина невысокого роста, с сединой на висках и выразительными карими глазами – остановился перед своими детьми. Он спросил, глядя на Алину:
– Кого ты уже собираешься отправить в парикмахерскую?
– Да одну ненормальную.
– Смотри мне.
Алина усмехнулась, подбежала к отцу, и он поцеловал ее в лоб. Девушка исподлобья посмотрела на брата, который, казалось, язык проглотил, и невнятно бросила:
– К маме схожу. – Она попыталась стереть с лица краску. – Вы тоже поднимайтесь, ладно?
Артур не ответил. Он почувствовал себя каким-то неуклюжим и маленьким. В глазах его отца всегда читалась мудрость, и, как бы глупо это ни звучало, это было правдой. Арту не раз приходилось испытывать на себе силу этого взгляда. И вот сейчас Арт вновь почувствовал себя подопытным муравьем, на которого направили гигантскую лупу.
– Привет, – улыбнулся Марк, но не двинулся с места. – Чего ты как в воду опущенный?
– Да вроде обычный.
– Мама сказала, ты поговорить хотел.
– Ну да.
Селиверстов-старший сунул руки в карманы темно-серых идеально выглаженных брюк. Он не торопил сына, наблюдал за ним, как грамотный психолог, и ждал, что Артур сам объяснит причину своего волнения. Но тот молчал, и Марк начал тревожиться. Он перебрал в голове сотни вариантов. Его мысли разлетались, будто стаи птиц, но Марк перехватывал их и систематизировал, рассаживая по клеткам. Обычно сын не смотрел на него так холодно и не отмалчивался. А сейчас…
– Ты узнал, – вдруг пробормотал Селиверстов-старший и расстроенно нахмурился, – тебе сказали.
– Что? – не понял парень.
– Ты узнал, что не прошел на бюджет.
Артур удивленно округлил глаза и отвернулся, усмехнувшись себе под нос. Ну и как с этим человеком общаться, если он наперед все твои слова предугадывает?
– Просто немыслимо.
– Артур, давай сразу уясним, что я не хотел оскорбить тебя. – Марк подошел к сыну и посмотрел на него так серьезно, что тому стало не по себе. – Я сплоховал. Нужно было раньше сказать правду. Но я побоялся тебя расстроить.
