— Плохо, Хэйзи, очень плохо, — застонала она, почувствовав боль на своих разодранных пальцах. Она подняла руки и разглядывала израненную кожу. — Это происходит все чаще!
Я присела рядом с ней, с испугом глядя на выступившие капельки крови из-под ногтей:
— Шейла, что это? Ты больна? Зачем ты скребла стену?
— Помешательство, — выдохнула тяжело Шейла, — я уже много лет сражаюсь со своей психикой, и мне становится все тяжелей ей противостоять. Я так боюсь, что могу не успеть завершить ритуал и тогда мне никто не поможет.
Я смотрела на капельки пота, блестевшие на ее висках и слушала тихий голос сестры:
— Завтра, как подпишешь договор и вернешь силу, сразу уедем, время мой враг.
Эту ночь я спала рядом по просьбе сестры, как в детстве, на одной кровати. Приступов больше не повторялось и мне удалось сомкнуть глаза, слыша спокойное и ровное дыхание Шейлы.
Мы проспали с ней все утро. Нас никто не тревожил. Был уже полдень, когда мы проснулись от звука голосов во дворе.
Мы одновременно высунулись в открытое окно, разглядывая двух мужчин, которых приветствовала Кейт. Я недоуменно их рассматривала. Ни один из них не подходил под мое понимание жениха.
— Как думаешь, который из них? — шепотом спросила я у Шейлы, — старый или… я запнулась
— Они оба немолодые, — подытожила Шейла, — я думаю тот, что в камзоле, он побогаче выглядит, а второй в сюртуке, смотри как раболепно прислушивается.
После ее замечания я и правда заметила, как худощавый седой мужчина немного неосознанно пригибается, когда слушает другого, с седыми бакенбардами.
К нам в комнату застучала служанка, призывая спуститься вниз.
Мы уже и без нее знали, что время пришло. Я побежала одеваться в свою комнату.
Понятно, что от жениха я была мягко говоря не в восторге, но не это сейчас меня занимало больше всего. Я до сих пор помнила незнакомое выражение на лице сестры и только сейчас стала осознавать, что для нее моя помощь не просто прихоть избалованной девчонки, что я ей впервые по-настоящему нужна.
Я снова одела платье, которое одолжила Адриана и спрятала нож за широкий пояс, перед этим проверив как он открывается. Кинув волосок ему на острие, убедилась в том, что он опасно острый и спустилась вниз.
Эмили подсказала, что меня ждут в кабинете. Я от входной двери бросила взгляд на стол. Бумаги уже были разложены, ожидая моей подписи.
Мужчина в камзоле держал Бьянку на руках и с интересом расспрашивал о ее жизни. Девочка непосредственно рассказывала о своих отношениях с игрушками и о придуманных ею играх. Он отвлекся на мое появление, поставив Бьянку на пол и благожелательно улыбнулся, прокомментировав мою внешность:
— Ваша внучка и правда очаровательна, Кейт. Жаль, что сын не смог приехать. Прошу простить его. Никак не смог оставить службу. Но по бумагам у меня все в порядке. Доверенность на мое имя и уважаемый мистер Смолслер, нотариально заверит заключенный договор.
— Деда, — подергала Бьянка говорившего мужчину за полу камзола, а ты со мной поиграешь в саду?
И мне окончательно стало понятно, что своего жениха я даже не увижу. Тем лучше. Легче будет потом разорвать помолвку.
Я подошла к столу и подписала там, где указал нотариус, мельком пробегая стандартные формулировки. Задержалась только на одном пункте, где было расписано свадебное торжество. Но не это зацепило мое внимание.
— Свадьба через три месяца? — удивилась я, — почему так быстро?
— Что Вас смущает? — Рэйнольдс подошел и заглянул в договор: — Мы все успеем подготовить для празднования, за это можете не беспокоиться, а позже оттягивать не вижу смысла, если у обоих сторон серьезные намерения.
— Самые серьезные, — закивала головой Кейт, — беря родственника за локоть и отводя от стола, при этом незаметно подтолкнув меня.
Нотариус молча наблюдал за тем, как я застыла с пером в руке.
И я уверенно поставила подпись. Хотя мне было жаль тех людей, что будут напрасно готовить свадьбу, которая в результате не состоится.
Один экземпляр договора Кейт забрала себе. Другой забрал Рэйнольдс. И они вышли, продолжая обсуждать семейные новости обоих родов. Нотариус удалился следом. И мы остались с Бьянкой вдвоем.
— А я никогда не была на свадьбе, — доверчиво поделилась со мной девочка, — только на днях рождениях. Свадьба — это такой же праздник?
Я присела на стул и взяла ее за руки.
— Я тоже никогда не была на свадьбе, — сказала, глядя в ее темные глаза, раздумывая над тем, на кого похожа эта милашка, на своего отца или на свою погибшую мать.
— Ты теперь будешь жить с моим папой? — прямо спросила она и я растерялась, понимая, что в голосе девочки звучит грусть. Она-то не знала, почему ее отец, которого она считала родным, с ними не жил.
— А ты как бы хотела? — ответила я вопросом.
Она ненадолго задумалась и тут же выпалила:
— Я бы хотела, чтобы ты жила со мной! Ты останешься с нами?
И с надеждой во взгляде, захлопала ресницами.
Я обняла ее:
— Мне бы этого очень хотелось!
