— Если национальный гимн сработает, то я согласен, — Джефф повысил голос. — Благодарю вас, Придворный Ученый. Вы предложили мудрый план. Ваше Величество, сейчас я попытаюсь спасти вашу дочь. Если я преуспею в этом, то лишь благодаря гению Эйнкана.
Джефф пропел мелодию без слов. Его голос сорвался лишь однажды, но ничего не произошло.
Эйнкан тут же подошел к стручку, передвинул его поближе к Джеффу, закрыл глаза и распростер руки жестом заклинателя.
— Опасность велика, — нараспев произнес он. — Принцессу удерживают могучие силы. Она может не вернуться к нам в своей прежней форме. Но независимо от того, какой она явится нашим взорам, это научит иззианцев необходимости узнавать больше о таинственной природе человека. Мы должны экспериментировать, мы должны понять силы Вселенной и выйти за пределы скудных познаний наших роботов. Мы, иззианцы, будем двигаться вперед по пути прогресса и не позволим захудалой ветви нашего доблестного рода, прозябающей на какой-то отдаленной планетке, бахвалиться перед нами своей технологией. Мы превзойдем…
— Скорей заканчивай! — крикнула королева.
— Я хочу увидеть свою дочь, — тоскливо сказал король.
— Продолжай, Джефф, — распорядился Эйнкан. — И если ритуал закончится неудачей, да падет вина на тех, кто помешает тебе!
— Тише, дорогая, — шикнул король, когда королева открыла рот, собираясь что-то сказать. Изумленная, она закрыла рот.
Джефф снова запел, и теперь его голос звучал твердо. Оола тихо мурлыкала. Йоно весь раздулся, сдерживая дыхание, остальные люди побледнели от волнения. Норби и Пера медленно поднялись на антигравах и спрятались за колоннами на тот случай, если придется быстро убегать от стражников, чтобы спасти остальных.
Стручок раскрылся не так постепенно, как подушка Оолы. Он лопнул с громким «банг!», и что-то появилось наружу в стремительном вихре движения.
— Всем привет! — воскликнула принцесса.
Она оказалась вовсе не зеленой. У нее были кудрявые рыжие волосы, голубые глаза и миллион веснушек. На вид ей было не больше десяти лет. Ее нельзя было назвать прекрасной, хотя, может быть, когда-нибудь…
Глаза Джеффа полезли на лоб от удивления. «Пространство и время! — подумал он. — Дерево превратило принцессу в маленькую девочку!» Он ждал, когда гнев королевы обрушится на него вместе со стражниками и золотыми наручниками.
Однако его изумление было ничем по сравнению с эмоциями, отразившимися на лице Фарго, когда он смотрел на маленькую принцессу. Он повернулся к Олбани с открытым ртом, и та взорвалась буйным смехом.
— Она твоя, Фарго!
Но настоящая буря восторга разразилась на тронах.
— Ринда, дитя мое! — воскликнул король, сбегая вниз и заключая принцессу в свои объятья. Она помахала через его плечо.
— Привет, мам! У меня все-таки получилось!
Королева величественно поднялась с трона и разрыдалась.
— Моя дорогая доченька! Ты вернулась!
— Это в самом деле принцесса? — прошептал Джефф, обращаясь к Эйнкану. — Она совсем не похожа на свой портрет.
— Принцесса хотела иметь портрет, где она выглядела бы взрослой и прекрасной, — ответил Эйнкан. — Что принцесса хочет, то она и получает. Поскольку ты не видел ее воочию, то принял желаемое за действительное.
— Не удивительно, что я показался ей красавчиком, — усмехнулся Джефф.
Тем временем адмирал Йоно неспешно подошел к трону и низко поклонился.
— Ваше Величество, мы успешно завершили свою задачу. Теперь мы вынуждены почтительно проститься с вами: нас ждут неотложные дела на нашей родной планете. Разумеется, мы с благодарностью примем любую скромную награду, какую предложит нам ваше великодушие.
— Или крупную награду, Ваше Величество, — добавил Фарго.
— О награде можете не беспокоиться. После празднеств и торжеств, которые продлятся полгода…
— Празднеств? — переспросил Йоно. — Ну что ж…
— Нет, адмирал, — твердо сказал Джефф. — Я должен вернуться в Академию. Я уже опоздал.
— А меня давно ждут в полицейском участке, — присоединилась Олбани. — Кроме того, папе пора узнать, что я еще жива.
— Что касается меня, то я чувствую настоятельную потребность в отдыхе, — признался Фарго.
— Само собой, я полечу с вами, — заявил Норби.
Принцесса посмотрела на Перу, парившую в воздухе.
— Мне бы хотелось, чтобы один из вас остался. К сожалению, милый Джефф слишком занят, но вот Пера… Иззу может пригодиться такой робот, как она.
— Я останусь с тобой, — сказала Пера. — Мы обе маленькие, и обе женщины. Думаю, мы найдем общий язык.
— Я вырасту, Пера. Я не останусь маленькой.
— Я тоже вырасту, принцесса. То есть, вырастет мой опыт и знания.
— Если ты останешься, мы сможем летать на корабле с гипердвигателем, — радостно сказала принцесса. — А потом придворный ученый построит новый корабль.
— Об этом не может быть и речи, — сурово сказала королева. — Во всяком случае, о путешествии на ту ужасную планету, которую я объявляю закрытой для всех иззианцев.
— Слушайте, слушайте! — провозгласил король.
— А я объявляю ее закрытой для землян, — добавил Йоно.
— Принцесса, — сказал Джефф. — Вы не должны относиться к Пере, как к служанке. Она может думать и чувствовать, и поэтому равна вам.
