С моей американской партнершей мы окончательно зашли в тупик. Мы говорили на разных языках, и она плевать хотела на мое мнение. Через полгода я начала развивать новое направление, вопреки распоряжению директора по маркетингу. С другом-Парфюмером мы подпольно работали в его лаборатории над этим «массовым международным женским» ароматом, строя его на основе
Наступил девятый месяц, и я начала благоухать моим новым творением… В кулуарах дома, как и в маркетинговой службе, реакция не заставила себя ждать, и она была положительна. Разумеется, эта новость очень быстро дошла до нужных ушей. Меня вызвали в кабинет директора по маркетингу и задали изрядную головомойку. Но любопытство пересилило, меня попросили дать послушать мой загадочный аромат и буквально в него влюбились. И без того сложная ситуация стала взрывоопасной. В конце концов руководство вынуждено было представить все разработанные направления (моей американки, Жан-Поля Герлена и мое подпольное) на суд тест-потребителей, которым предстояло оценить образцы вслепую. Результаты были однозначны: полную победу одержал мой подпольный аромат. Жан-Поль Герлен и моя партнерша были вне себя: их предали! Как бы невзначай они чернили мои духи, и каждый из них перерабатывал свой проект. Я тоже, со своей стороны, совершенствовала свое творение. Прошел второй потребительский тест – и вердикт тот же… Потом и третий – с тем же результатом. Полная победа или почти полная! Круэлла вернулась в Нью-Йорк в расстроенных чувствах: «Дьявол не будет пользоваться духами Guerlain…» А Жан-Поль возненавидел меня до глубины души! Оставалось только найти название для аромата, созданного в соавторстве с Морисом Руселем, моим партнером по преступлению. Как обычно, маркетинговый штурм длился несколько часов. Но уже в первые пять минут всем было ясно –