Впрочем, с наплывами этих воспоминаний и чувствами, что они будили, я довольно успешно боролся. Поначалу выматывая себя постоянной занятостью, а после… После пришло понимание, что как бы и что ни случилось со мной там, в прошлом мире, здесь любые переживания по этому поводу просто бессмысленны ввиду отсутствия всякой возможности вернуться. Иными словами, я вспомнил свою смерть в прошлом мире и принял её. Нет тела, в которое моя душа могла бы «вернуться». А искать возможность вернуться к родным пенатам в нынешнем теле… Да ну к драхху! На меня и здесь-то, в богатом на разные расы и виды мире, порой косятся с нескрываемым удивлением. А прежние соотечественники и вовсе на запчасти разберут из научного любопытства. Точно.
Трижды на моей памяти человечество натыкалось в просторах космоса на представителей иных цивилизаций, и трижды контакт начинался с «исследований ксенобиологических объектов», а заканчивался конфликтом с их родичами. Причём однажды этот самый конфликт чуть было не перерос в полномасштабную войну, что не помешало человечеству ещё дважды наступить на те же грабли. Так что сомнений в том, чем закончится моё гипотетическое возвращение в родной мир, я не испытываю. А турсы вряд ли последуют за мной, чтобы отомстить за смерть родича. Да и толку-то мне с той мести? Нет уж… умерла так умерла!
У меня и тут дела вроде бы идут неплохо. Подданство вот получил, денежка в карманах звенит, и даже жильём и собственным делом каким-никаким обзавёлся. Да и магия… хм, скажем так, эта штука поинтереснее, чем будни испытателя инженерного корпуса… что бы тот ни испытывал.
Вообще, с того момента, как мы договорились с Падди об уроках магии в обмен на попытки обучить его работе со школой Тяготения, прошло больше двух месяцев, и до сих пор мы не можем войти в какой-то постоянный график. И у хафла, и у меня хватает более насущных дел. У него – работа алхимика, у меня много времени съедает ремонт домов и подготовка к открытию кабака. Да и помощь Фари никто не отменял. Но тем не менее дело идёт. Не реже чем раз в два-три дня мы встречаемся с ушлым хафлом и посвящаем несколько часов обучению друг друга. И надо заметить, у нас обоих имеется определённый прогресс. Я всё больше узнаю об основах магического искусства и учусь осознанно применять те приёмы, которыми прежде бездумно сдабривал свою работу с разными материалами в попытках освоить свой «недотелекинез», а Падди… да вот драхх его знает!
Я-то думал-гадал, как объяснить ему принцип воздействий, которые у меня выходят естественно и без напряга ввиду врождённой способности нынешнего тела, а в результате всё обучение хафла свелось к демонстрации этих самых воздействий под его наблюдением, разумеется. Тем не менее следя за тем, как реагируют на мои манипуляции всяческие артефактные приборы, которыми просто-таки заставлен подвал в доме старого Уорри, Падди довольно хмыкает и с энтузиазмом что-то строчит в своих тетрадях. Из чего я делаю вывод, что и его надежды на изучение малоизвестной здесь школы Тяготения не пошли прахом. Правда, ввиду слишком хорошего настроения хафла, шуточки и насмешки из него так и сыплются. Особенно когда я, по незнанию, задаю какие-то слишком уж наивные вопросы. Ну, для местных магов наивные. Для меня же магия по-прежнему очень во многом остаётся «terra incognita», да к тому же полная заблуждений, почерпнутых из произведений фантазёров моего прошлого мира. В общем, нет ничего удивительного в том, что порой мои вопросы вызывают у Падди фырканье и сетования на «деревенских увальней, ничего круче огнешара не видевших».
– Грым, запомни раз и навсегда, – рассмеялся в ответ на очередной мой вопрос хафл. – Не существует в мире никакой боевой магии. Точка.
«Как так? – искренне удивился я и поспешил выжечь на очередном листе бумаги требование об уточнении столь странного утверждения. Этому полезному в плане тренировки фокусу я, кстати, научился уже на третьем занятии с Падди, когда тот знакомил меня с основами школы Огня. – Ты же сам говорил, что по первой специализации являешься боевым магом!»
– О, Многоликий, дай мне сил! – воздев руки к потолку подвала, простонал Падди и воззрился на меня с искренней жалостью во взгляде… слишком искренней. Сволочь. – Боевые маги есть. Боевой магии нет. Что здесь непонятного?
– Всё, – честно ответил я.
Мой собеседник вздохнул.
– Так… вспоминай, Грым. Что есть магия?
«Путь постижения и созидания». – Черкнул я искрой по листу ответ, прочтённый в первой же из выданных мне хафлом книг для самостоятельного изучения.
– Ну и? – явно ожидая какого-то продолжения, протянул Падди.
– Ну и всё, – пожав плечами, отозвался я.
