- То есть ты хочешь пригласить к нам Геру? – приподнимаю бровь. И хотя внешне я спокоен, внутри чуть заклубилось, завихрилось от одной лишь мысли о встрече. Такой долгожданной… и пугающей в то же время. Жутко пугающей, потому как я не знаю, какова будет моя реакция.
- С этим какие-то проблемы? – удивление увидеть на лице Леши – дорогого стоит. Так как выбить его хоть изредка из леденящего спокойствия все сложнее с каждым годом. А с женитьбой так вообще, ему словно в кровь стали влили и под кожу впаяли, чтобы выражение лица было почти всегда холодным и равнодушным ко всему, лишь глаза по-прежнему живут.
- Это с какой стороны посмотреть, - честно отвечаю под испытующим взглядом. – Если ты имеешь в виду чисто деловой интерес, то проблем никаких. Если же личный, то это на грани катаклизма для меня. Так как я даже предположить не могу, КАК отреагирую на него, когда увижу, - встречаюсь с уже задумчивыми глазами. – Мне кажется, это подкосит меня. Но мне жутко любопытно, какой он стал.
- Отнесись к этому, как к надобности. Ладно, я пошел тогда Инессу просить дозваниваться до фирмы Геры, а ты пока внимательно изучи эти документы. К вечеру я тебе графики и таблицы притащу.
…
Сидя в кресле-качалке на веранде, глядя на то, как солнце скрывается за горизонтом, с бокалом виски в руке я пытаюсь представить, что же будет завтра. Только вот каждая из приходящих мне на ум картин совершенно нереальна в данной ситуации. Я не знаю, как вести себя с ним. Как незнакомец, ведь мы договорились об этом когда-то? Или же, наоборот, показать свою участливость? Отыграться? Или помочь беспрекословно?
Горечь тает на кончике языка, горло обжигает янтарная жидкость. Легкий дурман от выпитого не расслабляет. Я начинаю чувствовать себя той самой струной, которую медленно натягивают. До такой степени, что она почти звенит, грозясь лопнуть. И я молодец, что отправил Сашу домой, сославшись на усталость и множество ждущих моего внимания бумаг, иначе сорвался бы на нем впервые за наши отношения. Еще больший молодец, что сам остался дома, потому как состояние крайней дерьмовости всегда чревато. Я банально не умею вести себя с подобным раздраем в душе, да еще и с алкогольной прибавкой. Стопроцентно полезу с кулаками или найду себе шлюху любого пола на ночь и буду драть, как последнюю тварь, и в хвост и в гриву.
Почему все так сложно, когда касается ЕГО?
Почему я равнодушным не могу стать уже который год?! Не месяцы прошли. ГОДА! А я все тот же помешанный идиот. Клинически болен им. Свихнулся, давно и, походу, навсегда.
Почему не отпускает? Говорят, любовь живет три года, что же моя, сука, припозднилась, а? Почему не ушла?
Почему я, как идиот, надеюсь, что завтра увижу в его глазах хотя бы каплю эмоций? Хотя бы крупицу… Я даже не уверен, что именно там промелькнуть должно. Узнавание? Былая страсть? Растерянность? А, может, презрение? Равнодушие? Надменность? Может, мне нужно, чтобы он отверг меня жестко? Хлестко. Причинил неимоверную боль или унизил. Да что угодно, и пострашнее, посерьезнее, позаковыристее. Пусть угробит мои нервы. Разобьет мое псевдоспокойствие. Ворвется ураганом в жизнь мою. Встряхнет, черт его дери! Сил потому что нет, я словно робот. Мне нужно, чтобы меня что-то выбило из теперешнего состояния. Вышибло резко, болезненно.
А это сделать может только он…
Закрываю глаза. Ежусь от ночной прохлады, что мурашками пробегает по оголенной коже рук и ног, забирается под широкую майку, скользит к позвоночнику. Я чувствую… холод. Он, словно безнадежность, сковывает. Ядовито. Заставляя оцепенеть, но не от ужаса. Я чувствую все, что угодно, кроме необходимого… Мне бы Сашу полюбить и успокоиться, да вот отторгает, чем дальше, тем больше. Мне бы страдать о потере отца, да только плевать мне. Мне бы вычеркнуть прошлое, которое лишь тоску и печаль, словно вирус, в сердце поддерживает, да не могу я… не могу я жить настоящим, корнями в прошлом, надеясь, что оно будущим станет.
Открываю глаза. Луна белоснежная огрызком на чернильном небе блестит. Подруга… Усмехаюсь ощущая себя безумным, ведь даже сейчас россыпь звезд на небесном полотне словно образ его рисует. И я знаю, что мне просто кажется. Что я вижу то, что хочу видеть, а не то, что есть на самом деле. Но там, на небе, его глаза сверкают при виде меня. Там они не безразличны. Там… А так ли это в земной, моей реальности - я узнаю завтра.
========== Герман ==========
Нам позвонили на следующий день. Причем, уже согласившись, положив трубку, я осознал, что это фирма Тихона… и на завтра назначена встреча. Первая мысль, что наведалась в мою голову, была: с какой стати ему мне помогать, когда он сам же угробил все? Благородный порыв? Не верю я в бескорыстие и доброту, никогда не верил.
