Вскочив с лавочки, я подался навстречу посетителю. Серега даже выставил ладони вперед, чтобы я не налетел на него и не помял костюмчик. Выглядел он солидно: твидовый пиджак песочного цвета, хорошо скроенные синие брюки, голубая рубашка из твила и замшевые туфли на старомодных деревянных каблуках. Неуклюжего и неприятного толстяка, пару часов назад сидевшего на унитазе, выдавал разве что безумного цвета галстук-бабочка - желтый в синюю крапинку. Я невольно потянулся к бабочке, чтобы ее потрогать, хотя уже знал без всяких сомнений, что наткнусь на эластичную ткань универсального комбинезона.
- Наномакинтош, твою наномать, - усмехнулся Серега, заключив меня в объятья.- Ну, ну, перестань, ты чего, братишка?
Я повис на Сереге, прижимаясь к его жирному туловищу так, как младенец льнет к материнской груди. Из моей грудной клетки рвались всхлипы и стоны. Вся моя сегодняшняя самоуверенность обернулась бравадой, за которой скрывался дикий страх - за себя, за мир, в котором я оказался, за свое сомнительное и шаткое место в этой незнакомой и необычной реальности. И единственным человеком, на которого я в нем мог положиться, оказался Серега. Хотя, помнится, я никогда не числил его в списке близких друзей.
- Спасибо, что ты меня не бросил, - выдавил я из себя, стараясь, чтобы голос мой не прозвучал слезливо и жалко.
- Да ладно, чего уж там, - застеснялся приятель. - Плюнь ты на нее. Все бабы суки.
- Ты видел, да? Видел, как она меня?
- Ну да, в самолете просмотрел быстренько. Юлька, конечно, погорячилась. Хотя и ты сам чудить начал, чего уж тут! Изнасиловать медсестру - это ты с места в карьер, конечно, рванул.
- Что за глупость? Я ее не насиловал и даже не собирался!
- Э нет, дружище, еще как собирался. Времена-то нынче другие: хоть с козами трахайся, никто тебе слова дурного не скажет. Но только если есть квалифицированное согласие! - Серега значительно воздел к потемневшему небу крючковатый указательный палец. - А без согласия ты ментальный насильник, а она невинная жертва. Ты же про себя ее уже отмандрючил, так?
- Прям-таки миллионы? - прошептал я, завороженный представившейся мне картиной. - И все смотрят на меня?
- Да на хрен ты им сдался, дурила, - махнул рукой Серый, взяв меня за локоть и увлекая по дорожке к зданию госпиталя. - Если на тебя сейчас кто и смотрит, так это регистратор больнички. Но если на тебя кто-нибудь заявление в соцзащиту накатает, тогда держись! Все твои разговоры и действия разберут на шурупы члены специальной комиссии, понял? Психологи, криминологи, соцработники, кто там еще.
- Как разберут? То есть в прошлом?
- Ну да, а ты как думал? "Все, что было когда-либо сказано, может быть однажды использовано против вас". Кодекс Миранды, статья вторая. Советую вызубрить наизусть, пока ты делов тут не натворил.
- Серега, умоляю тебя, расскажи, что тут происходит! Хотя бы в общем и целом. Во что этот мир превратили? Это все ноосфера?
- НоУсфера, Марк. Ноу - от английского know, знать. Короче, кладезь знаний. Три обезьянки наоборот: все вижу, все слышу, всем все расскажу без утайки.
- А почему не ноосфера?
- Ноосфера - понятие более общее и широкое. А тут, понимаешь, только срез этого самого информационного поля. В будущее не заглянешь, в далекое прошлое - до определенных границ. Зато в настоящем все как на ладони! Хочешь - смотри, хочешь - слушай, хочешь - используй в меру своих способностей.
- В будущее, значит, нельзя?
- Ну а я о чем говорю? Если бы можно было, тогда бы я знал, что ты в кафешке жрать будешь, и заказ бы за тебя уже сделал. А поскольку будущего не видно, ты мне ртом скажи: чем мы ужинать будем?
Последнюю минуту Серый топтал тропинку, не глядя себе под ноги и сосредоточенно жонглируя элементами интерфейса. Оказывается, это было меню.
- Не знаю, у меня аппетита нет, - пожаловался я.
- Аппетит приходит, когда жрачка заканчивается. Пиво будешь? Мясо будешь? Вот и определились.
Впереди уже призывно сверкали огни стеклянной веранды, пристроенной к больничному крылу. По уверениям Сереги, это была местная рекреация - зимний сад и кафешка для встреч больных с посетителями.
- На голодный желудок мне плохо думается и еще хуже рассказывается, - признался Серега. - Вот сейчас кишки поролоном набьем, и тогда спрашивай о чем хочешь.
- Поролоном? Ты, я надеюсь, шутишь?
Серега недовольно замычал.
- Я же сказал, после еды все вопросы... Ну да, да! Поролон, пластик, какая разница? Синтетика, так или иначе. На вкус вроде как один в один, но для меня разница есть.
- А настоящие продукты разве нельзя заказать?
- Можно, - мрачно проговорил приятель. - Но только если за твой счет.
