- Марк, ты, конечно, волен поступать по своему усмотрению. Но должен тебя предупредить, что согласно положению о добровольном получении и отказе от медицинских услуг выход пациента за территорию клиники автоматически означает выписку, - провозгласила копия.
Я демонстративно поставил одну ногу на трассу и перенес туловище вперед - так, чтобы на территории больницы оставалась только пятка моей правой ноги.
- Так нормально? - спросил я, вытянув руки в сторону горла Хартли, как заправский упырь.
- Если тебе угодно дурачиться, то помешать я, конечно, не вправе, - вздохнул Хартли. - Но если ты нечаянно кувыркнешься вперед, то я уже не смогу ничего для тебя сделать. Система учета больных автоматически выпишет тебя из числа пациентов, твою палату приберут и забронируют для других больных.
- Понятно, - я вернулся в исходное положение. - А вы, значит, намерены что-то для меня сделать. И что именно?
- Все, что в моих силах, - развел руками Хартли.
- Другими словами, ничего толком. Вы ведь не можете предотвратить второй приступ?
Хартли отрицательно покачал головой.
- И память вернуть вы мне тоже не можете.
Хартли уныло кивнул.
- Ладно. Тогда я скажу, что вы в состоянии для меня сделать. Не возникайте, пожалуйста, вот так наобум. Постучитесь, позвоните, сделайте что-нибудь, чтобы не застать меня в неудобное время или в пикантной позе. Договорились?
- Марк, прости, но этого я тебе тоже гарантировать не могу, - пожаловался доктор, всем своим видом демонстрируя сожаление. - Ноусфера связывает людей напрямую. Я, конечно, могу отправлять тебе голосовые или текстовые сообщения, но в момент передачи данных я тебя буду видеть так же хорошо, как сейчас. Зато ты в любой момент можешь меня смахнуть. Это же здорово, правда?
- Не уверен. Как это работает? Почему смахнуть можно, а отказаться от вызова - нет?
- Извини, Марк, мне сейчас немного недосуг объяснять. Пускай лучше твой друг тебе все расскажет. Он уже прилетел, ему добираться сюда не более получаса.
- Вы и разговоры, значит, чужие подслушиваете? - приуныл я.
- Мы не подслушиваем, просто слышим, - терпеливо ответил Хартли. - Погуляй пока по маршруту, твой Серега тебя скоро найдет. И еще одно: обращайся ко мне, пожалуйста, на ты, ладно? А то я себя чувствую каким-то ископаемым.
- Ладно. Пошел-ка
Хартли огорченно засопел, смахивая диалоговое окно.
""Выставить температурный режим?" - поинтересовался у меня костюмчик из фальшивой джинсы. Я сказал сапогам большое спасибо и выставил температуру +20 с умеренной влажностью. Теперь вечерняя прохлада освежала лишь открытые участки кожи: лицо и ладони. Одежда справлялась с автоподогревом на ура. Интересно, откуда комбинезон черпает энергию? Неужто прямо из воздуха? Надо бы узнать, из чего сделан материал и как это работает.
Почему, как, зачем? За что, наконец, мне все это? Слишком много вопросов и категорически мало ответов. Прогуливаясь по тропинкам и пиная подвернувшиеся под ноги шишки, я гнал от себя мысли о том, что нейроколлапс лишил меня прошлого и будущего и оставил в чужом настоящем, где мне все чуждо, а сам я никому толком не нужен. Присев на скамейку, я попытался отогнать хандру, позабавившись с иконками интерфейса. Дорожка и пространство вокруг скамейки были залиты приятным серебристым светом, как от полной луны, только гораздо ярче. Свечение парило в воздухе, будто не имея источника. Поскольку никаких фонарей вокруг видно не было, я отнес иллюминацию на счет вездесущих черных панелей, развешенных тут и там на стволах деревьев. Они же позволяли коммуникатору обеспечить меня компанией объемных цветастых иконок и плоских невыразительных пиктограмм.
Для начала я решил поиграть с программой примерки одежды. Пролистывая список стилей и вариантов, я то и дело надевал на себя различные варианты костюмов, чувствуя себя девчонкой, наряжающей бумажных кукол в платьица, вырезанные из журнальных страниц. Прервался я лишь тогда, когда обратил внимание, что под каждым одеянием указаны цифры, и стоит мне переодеться в новое платье, как пачка банкнот над моей головой боязливо вздрагивает.
Несмотря на дарованный комбинезоном микроклимат, я поежился: не хватало еще растратить свои "гробовые" на детские забавы. Впрочем, я не удержался от последней импульсной покупки и приобрел себе наружность "ангела ада": косуха в заклепках и лейблах, кожаные штаны, сапоги-казаки с литыми металлическими мысками. Приглядевшись к сапогам, я с неудовольствием понял, что для разработки дизайна за основу были взяты те же ковбойские, что я только что "снял". Халтурят нынешние модельеры, чего уж тут.
- Эй, Оззи, ты на старости лет в неформалы решил податься? - окликнул меня голос, в котором, несмотря на стариковский тембр, прорезывались знакомые молодецкие нотки. - Ну пойдем в местный гаштет, слопаем пару летучих мышей.
